До кареты Женя с мамой шли молча. И лишь оказавшись внутри, она обратилась к мужу:
– Что же теперь будет?
– Нас ждут перемены, – коротко ответил он. – В довесок к решительности Даниил унаследовал от отца противоположное мнение по некоторым спорным вопросам.
– И что же ты будешь делать?
– Служить государю, как и клялся.
– Но какому из них?
– Тому, кто правит.
На этих словах разговор прервался, и карета двинулась. Женя хотел было спросить, почему к ним не подошёл Матвей Борисович, отец будущей невесты. Однако вспомнив, что тот входил в Высший Императорский Совет, пришёл к выводу, что в свете последних событий тот вряд ли вообще сегодня спал. Словно прочитав его мысли, отец заговорил:
– Матвей Борисович, как и все, весьма обеспокоен случившимся. Он рассказал по секрету, что после покушения император никого к себе не пускает. Даже младшего брата, который, узнав о случившемся, тут же заявился и потребовал личной аудиенции.
– Но я не заметил Якова Сергеевича среди присутствующих.
– Потому что у него слишком высокое о себе мнение. Когда Даниил пояснил, что император отказывается того принять, Яков Сергеевич покинул дворец. Так что его неявка сегодня ещё сильнее подрывает его директорский пост. И без того шаткий.
– А что тогда…
– Придержи вопросы при себе. Сейчас мы едем в имение Овсянниковых. Матвей Борисович обещал прибыть в ближайшие часы, так что мы непременно должны его дождаться. Павлина, твоя невеста, уже ждёт. Она специально пропустила приём, чтобы подготовиться к встрече. Слышал, собирается сегодня петь.
Отец продолжал что-то рассказывать про будущую невесту, но Женя погрузился в собственные мысли. Он думал о том, что прямо сейчас его друг находился в компании самого разыскиваемого человека в государстве. Человека, обвиняемого в покушении на собственного отца и в государственной измене. Человека, который рассказал ему совсем другую версию случившегося.
Вот только Женя ни на секунду не верил, что Аврора могла сделать то, в чём её обвиняли. А это значило лишь одно: во дворце сейчас творилась какая-то чертовщина. Там плелись заговоры и интриги, последствия которых невозможно предугадать, поэтому стоило держаться подальше от этого места.
Он сразу решил, что не расскажет отцу об Авроре, ведь был уверен, что тот немедля прикажет выдать её местоположение. А вот матушке рассказать обо всём хотел. Женя догадывался, что она и сама с трудом верила в услышанное от императора. Вот только зачем тому наговаривать на собственную дочь, Женя не имел ни малейшего понятия.
Карета вскоре подъехала к роскошному загородному особняку. Величественные белоснежные ступеньки вели к настолько могучему зданию, что оно вынуждено было опереться сразу на десяток колонн.
– О, а вот и вы! – воскликнула симпатичная худенькая женщина, подбегая к ним. – Безумно рада встрече!
– Анисья Игоревна, спасибо за приглашение. Знакомьтесь, моя супруга, Елена. И мой сын – Евгений.
При виде Евгения дама даже подпрыгнула.
– Какой красавец! Пава будет в восторге. Она заканчивает репетицию и вот-вот покажется. Последние дни мы как на иголках. Платья, десерты, цветы, скатерти. Павлина лично выбирала каждое. И это только ради знакомства. Ума не приложу, что она будет делать перед свадьбой. Ну, что это я. Идёмте!
Женина мама подмигнула ему и пошла следом за хозяйкой дома. Сам он предположил: если Павлина хоть немного похожа на мать, это уже неплохо. Для своего возраста та выглядела весьма недурно и была в отличной форме. Воодушевившись этой идеей, Женя приподнял голову и зашагал следом. Решил, что познакомится с невестой, проведёт с ней некоторое время, а затем откланяется, объяснит, что не намерен жениться, и поспешит на встречу с Митричем и Авророй. Всё-таки он обещал вернуться после обеда и уже сильно опаздывал.
Через двадцать минут бесцельных блужданий по дому, в течение которых Анисья Игоревна провела небольшую экскурсию, Женя наконец-то увидел будущую невесту. И его рот тут же открылся от удивления. Сперва подумал, что слуга, гордо вышагивающий рядом с Павлиной, не вёл её, а катил. Предположения о том, что дочь повторит грациозность матери, были разбиты в пух и прах в считаные секунды. Женя смотрел на девушку, не моргая. Однако его невеста не пошла к нему навстречу, а вместо этого встала возле рояля. Точнее, оперлась на него, и инструмент немного просел.
– Пава решила, что вместо слов о ней лучше скажет песня, – объявила её мама. – Которую, кстати, сама же и написала.
Женя медленно повернулся в сторону матушки, которая смотрела на него так же непонимающе. Она ничего не сказала, и Женя развернул голову в сторону певицы. А когда та запела, его правый глаз непроизвольно задёргался.
