Почти всю дорогу Андрей Петрович провёл за чтением на коленях у своей супруги. Та широко раскрыла книгу, и едва заметным нажатием лапы кот подавал ей знак перевернуть страницу.
Когда они предложили книгу Ване, он вежливо отказался, объяснив, что не умеет читать. Мадам Барено в ужасе воскликнула:
– Какой кошма’г! Ты неп’геменно должен научиться читать. В книгах столько всего инте’гесного!
– Не волнуйся, дорогая. Мы научим Ваню читать, если он, конечно, сам не будет против.
Ваня поспешил заверить, что не мог и мечтать об этом. Счастливая мадам Барено весело подмигнула ему и вернулась к чтению. Андрей Петрович молча перевёл взгляд с Вани, задержав его на своей супруге, а затем вновь устремил его в книгу.
Иногда они отрывались от чтения, чтобы заполнить и без того полную Ванину голову новой информацией. Так он выяснил, что Лазаревский лицей находился в небольшом поселении волшебников под названием Осенний Сад. Такое название оно получило не случайно. Дело в том, что в течение всего года там царило лишь одно время года – ранняя осень. Некоторые объясняли это слишком высокой концентрацией волшебства в одном месте. Тем более такого нестабильного, как детское. А кто-то винил во всём древние руины в нескольких сотнях метров от лицея. И именно поэтому лицеисты часто уезжали на целые недели в другие города и даже страны, чтобы не забывать про остальные времена года.
Лицеистами становились мальчики от десяти до двенадцати лет, в основном дворянского происхождения. Яков Сергеевич, директор лицея, после долгих споров убедил своего брата и, по совместительству, императора расширить приём. Поэтому последние несколько лет в лицей могли зачисляться наиболее талантливые дети из других сословий. Набор осуществлялся раз в три года, а само обучение длилось шесть лет. Таким образом, в лицее одновременно училось два класса – младшие лицеисты и старшие. В каждом примерно по двадцать человек.
Кроме самого лицея в Осеннем Саду располагались загородные дачи, которые могли себе позволить лишь самые важные и богатые люди. Ваня вскоре сам в этом убедился, когда в окне то тут, то там начали возникать роскошные особняки. Если в Светлограде дома казались ему просто красивыми и аккуратными, то здесь они буквально кричали о своей роскоши. Будто это были маленькие дворцы, а территории вокруг – собственные государства.
Ближе к центру Осеннего Сада на домах начали появляться вывески, да и сами дома стали больше походить на те, в которых жили обычные люди, а не короли. И Ваня облегчённо выдохнул: жить во дворце ему ничуть не хотелось.
На многих столбах и досках объявлений висело изображение какой-то девочки с золотыми волосами. Ваня предположил, что она была его ровесницей. Мальчик спросил о ней у мадам Барено, на что она попросила его не вникать в подробности.
Карета вскоре остановилась, и мадам Барено, выглянув в окно, приободрилась.
– Он здесь! – воскликнула она. – Вст’гечает нас лично.
– Успокойся, Мари. Он всего лишь живой человек.
– Даже во Ф’ганции ходят легенды о его п’гиключениях.
Ваню жутко заинтересовал этот человек, вызывавший такую бурю эмоций у мадам Барено. Когда он вылез из кареты, то невольно раскрыл от удивления рот.
Яркий оранжевый фрак незнакомца прекрасно сочетался с осенним антуражем вокруг, но сильно выделялся среди нарядов других волшебников, которых он видел ранее. Определённо этот человек знал себе цену и был не против продемонстрировать её другим. Он постоянно убирал назад свои золотистые волосы, которые так и норовили вернуться на прежнее место. Впрочем, эта борьба явно доставляла ему удовольствие. А по озорным огонькам во взгляде мужчины Ваня предположил, что перед ним определённо не тот человек, который любит сидеть на одном месте.
– Безумно рад вас видеть! – воскликнул он, поцеловав мадам Барено руку и поклонившись Андрею Петровичу. Женщина даже немного покраснела. Затем он перевёл взгляд на Ваню и протянул руку и ему.
– А это, должно быть, и есть наш с вами маленький большой секрет. Меня зовут Яков Сергеевич.
– Ваня.
Мальчик протянул ему руку, которую этот человек оживлённо потряс.
– Весьма рад знакомству! – провозгласил он.
– Надеюсь, мы не доставили вам больших т’гудностей нашим маленьким гостем? – осторожно поинтересовалась мадам Барено.
– Бросьте, – отмахнулся Яков Сергеевич. – Подобного рода предприятия делают мою жизнь разнообразнее. К тому же почему бы иногда не пощекотать спящего дракона – вдруг он просто рассмеётся?
Ваня непонимающе на него посмотрел, но Яков Сергеевич, казалось, даже этого не заметил и продолжил:
– А сейчас, маленький путешественник, прошу меня простить, но я вынужден похитить твоих спутников. Любовь Семёновна… – на этих словах он кивнул в сторону старушки с чрезвычайно строгим выражением лица и необычайно седыми волосами. Ваня не сразу обратил на неё внимание, потому как всё оно было приковано к Якову Сергеевичу. – … покажет тебе лицей и расскажет о твоей работе. И не волнуйся, она в курсе секрета. Но лишь она одна.
