– Меня зовут Летус! Не знаю, кто придумал мне это имя, но оно мне очень нравится! Наверное, меня так назвали, потому что я родился летом. Ой! А растение вообще может родиться? Нужно будет у кого-нибудь спросить… Ах, лето! Какое чудесное время года! Я очень люблю жаркое солнышко и чириканье птичек. Особенно воробушков. Правда, зимой они совсем не поют, но зато все играют в снежки и иногда попадают в меня.
Ваня вскоре догадался, что взбесило Пугошу. Этот Летус не замолкал ни на секунду. Он перебирал всё подряд, и мальчик быстро устал его слушать. Он даже зевнул, не успев прикрыть рукой рот.
– Ты что, устал? – удивился Летус. – Я могу спеть колыбельную. Я знаю несколько на разных языках. Хочешь, спою тебе на немецком?
– Тише-тише, – успокоил его Ваня. – Я не хочу спать.
– Тогда почему ты зеваешь? Или ты просто беззвучно кричишь? Я ни разу так не делал, но вдруг получится?
Летус раскрыл рот и замер в таком положении.
– Я не… постой. А почему ты ещё в горшке?
– Пуговий Пугалкин хотел меня пересадить, и я решил отблагодарить его песней. Однако он вдруг выбежал посреди моего номера. Неужели ему не понравилось? Я уверен, что нигде не сфальшивил. Хотя вдруг у него есть музыкальное…
– Летус! – перебил его Ваня, который и в самом деле хотел спать, но решил не расстраивать нового знакомого. – Я пересажу тебя сам.
– Это было бы здорово! Я так люблю пересаживаться! Если хочешь, могу спеть тебе что-нибудь. Романсы, арии, колыбельные… Что угодно!
– Нет-нет, – поспешил заверить Ваня. – Давай лучше поиграем в беззвучный крик.
– Ой, давай! Какая это весёлая игра! Постой, мы уже начали?
Ваня молча кивнул ему, а Летус будто втянул в себя воздух и закрыл рот.
Мальчик облегчённо выдохнул и принялся за работу. Он выкопал небольшую ямку, и, когда доставал Летуса из горшка, тот захихикал.
– Щекотно! Ой! – Он вцепился себе в рот листиками, словно руками. – Кажется, я проиграл! А я проиграл в тот момент, когда засмеялся или когда сказал о том, что я проиграл?
– Ты не проиграл.
– Значит, я знаю не все правила игры. И я только что понял, что не знаю твоего имени. Как невежливо с моей стороны представиться самому и не поинтересоваться твоим именем.
– Меня зовут Ваня.
– Очень приятно, Ваня! – радостно воскликнул Летус и протянул свою руку-листик. Ваня кончиками пальцев пожал её.
– Всё, дело сделано, – подытожил Ваня, убирая горшок. – Добро пожаловать в Лазаревский лицей.
– Спасибо! – воскликнул Летус. – Ты очень вежливый. Мы с тобой обязательно подружимся!
– Не сомневаюсь, – ответил Ваня. – Но сейчас мне нужно идти.
– Идти? Жаль, что я не могу ходить. Я бы проводил тебя туда, куда тебе нужно идти, а затем вернулся бы в свою ямку.
– Увидимся завтра утром.
– Конечно, увидимся. И даже услышимся. Только вот не снюхаемся. Тебе не кажется несправедливым, что люди могут нюхать растения, а растения не могут нюхать людей?
Ваня не нашёлся, что ему ответить, поэтому пожал плечами и покинул Оранжерею. Домой он вернулся в приподнятом настроении.
– Ты чего так светишься? – удивился Андрей Петрович.
Ваня рассказал о новом знакомстве.
– Говорящие цветы – настоящая редкость в наше время. Но заставить Летуса замолчать очень легко – нужно просто накрыть его тёмной тканью. Он будет думать, что наступила ночь. Правда, не знаю, уснёт он или просто замолчит.
– Интересно, храпят ли цветы по ночам? – задумался вслух мальчик.
– Какие тонкие мате’гии вы обсуждаете, – заметила мадам Барено. – Юный Ваня, ты не забыл, что у нас вот-вот должен начаться у’гок?
– Точно! – воскликнул он. – Мне сбегать за тетрадкой?
– В этом нет нужды. Сегодня мы будем читать книги.
– Книги?
– Точнее, обложки книг. Заодно и выбе’гем, что бы нам потом вместе почитать.
Они подошли к книжному шкафу, и Ваня стал наугад читать названия.
– Ди… диало… диалог о е… о едино… о единороге. Диалоги о единороге.
– Очень хорошо. Давай следующую.
– Тай… тайная… жи… Я не помню эту букву.
– Это буква читается как «з».
– Точно! Тайная жизнь… цифр… Тайная жизнь цифр. Ой, а о чём эта книга?
– На самом деле это всего лишь учебник по арифметике, – пояснил Андрей Петрович. – Но назвать книгу «Учебник по арифметике» и ждать, что дети захотят её читать, глупо. А вот если на обложке написано «Тайная жизнь цифр»… Детский мозг тут же придумает столько приключений, что у ребёнка потом её не отобрать.
– Напомни, как называлась твоя пе’гвая книга? – улыбнулась мужу мадам Барено.
– «Сборник грибов Западной Сибири», – чуть виновато сказал Андрей Петрович, а потом оживился: – Но вторую я озаглавил: «По ту сторону котла. Грибы. Как варить, чтоб переварить».
– И она весьма неплохо п‘годалась. Но мы отвлеклись. Идём дальше, – сказала мадам Барено. – А что это за книга?
– Жар-Птица и дру… други… е другие… сти… стих… стихиали… Жар-Птица и другие стихиали.
– Стихиали – это волшебные существа, представляющие одну из четырех стихий: воздух, огонь, воду или землю, – пояснил Андрей Петрович. – Может, почитаем про них?
– Можно. А что, если эту?
