Выбора у них не было, так что Женя оставил товарищей перед деревней и направился к почтовому дубу. Вернулся с ответом уже через час. Аврора развернула записку, и её глаза поползли на лоб.
– Видно, с горя ваш дядя совсем из ума выжил, – подытожил Митрич. – Какие пироги? Какие стрижи? Какие кролики? И что такое «Ч.Н.З.»?
– «Ч. Н. З.» означает «чуть не забыл», – пояснила Аврора. Это единственное, что она поняла из записки. Девочка, конечно, предполагала, что дядя ответит каким-то шифром, но надеялась, что это будет нечто поддающееся логическому объяснению.
– Интересно, почему он упомянул стрижей, – задумался Женя.
– А ящерицы вас, Евгений Андреич, стало быть, не смущают?
– О чём ты, Женя? – поинтересовалась Аврора.
– Каждый выпуск Лазаревского лицея получает прозвища в честь разных животных и по самым разным причинам. Отец рассказывал, что один из его одноклассников во время учёбы смог оседлать единорога. Из-за этого весь их выпуск получил такое прозвище – единороги.
– Ого! Звучит здорово, – заметила она.
– Бывает и не так здорово. Предыдущий выпуск перед нашим прозвали водомерками.
– Почему это? – усмехнулся Митрич.
– Их учитель арифметики почти в каждой задаче в качестве примера приводил наш фонтан. То объём воды в нём предлагал высчитать, то площадь поверхности, а однажды заставил замерять скорость водняков. Так что с этими прозвищами – как повезёт.
– И кто же был у вас, Евгений Андреич?
– Мне повезло. Во время моей учёбы возле лицея стали гнездиться стрижи, так что наше прозвище как-то само появилось. Всяко лучше, чем водомерки. Может, Яков Сергеевич не случайно упомянул стрижей в своём письме?
– Думаете, он знает, что вы путешествуете со мной? – удивилась Аврора.
– Я ещё во время учёбы убедился, что в этом мире ваш дядя знает всё. А если он чего-то не знает, то наверняка догадывается.
– По крайней мере, в этом есть логика, – заметила Аврора. – Но что за рецепт Щукина?
– Такая фамилия была у одного из наших учителей, – с воодушевлением проговорил Женя. Он вскочил и стал наматывать круги вокруг Авроры с Митричем. – Тот так часто ходил на рыбалку, что некоторые ученики стали от него шарахаться в коридорах. От него постоянно воняло… Рыбой! Вот и объяснение рыбным пирогам! Трём рыбным пирогам. Трём… Ваш дядя знает, что нас трое!
– Но для чего ему напоминать о вашем учителе? – Митрич единственный не разделял их с Женей энтузиазма. – И что за чушь про ящериц с кроликами?
– Понятия не имею! – радостно воскликнул Женя. – Но мы обязательно это выясним!
Энтузиазм закончился через два часа, когда они вот уже в двухсотый раз повторяли строчки из записки:
– «Запекать восемь часов на слабом огне», – устало проговорила Аврора. – Почему именно запекать?
– Может, ваш дядя имел в виду печку? – предположил Митрич.
– А почему именно печь?
– Понятия не имею.
– Так! – вмешался Женя. – Давайте рассуждать здраво… Насколько это вообще возможно. В своей записке Яков Сергеевич должен сообщить нам время и место встречи.
– Пока что мы лишь догадываемся, что он знает о нас, – сказал Митрич. – А мы с вами, Евгений Андреич, не время и не место. Мы это мы. Всего лишь два человека.
– Значит, это тоже должно пригодиться. «Восемь часов» – это точно время.
Аврора устало кивнула головой.
– Тогда что значит «на медленном огне»? – рассуждал он вслух. – Ваш дядя пытался подстроить эту фразу под общий смысл записки.
– Особенно про летающих ящериц, – пробурчал Митрич.
– Огонь… огонь… утра или вечера? – размышлял Женя вслух.
– Раз огонь медленный, значит, вечер. Вечером солнце совсем не жарит.
– А утром оно лишь разогревается, как и еда на медленном огне.
– Согласна. В таком случае, я за утро. Мы получили дядину записку часов в шесть вечера и до восьми не успели бы её разгадать.
– Или должны были успеть, а ваш дядя где-то уже там нас заждался, – пробубнил Митрич.
– Бросьте ворчать, Архип Митрич! – шикнула на него Аврора. – Ваш острый ум должен продвигать нас, а не затормаживать.
– Это он ещё не ворчит, – пояснил Женя. – Это он разминается.
– Я вот думаю про кроликов, – Митрич не отреагировал на замечание. – Не вы ли, Евгений Андреич, рассказывали, что именно их первыми посылали в новые Переходы?
– Рассказывал, и что с того?
– Архип Митрич! – воскликнула Аврора. – Вы гений!
– Это я знаю, – отмахнулся он. – Но вы всё же поясните, почему.
– Наш дядя будет ждать нас у Перехода в восемь утра. Думаю, речь о Переходе возле лицея. Но как нам пройти охрану?
– Ваш дядя подумал и об этом, – подхватил Женя. – Помните про учителя, от которого пахло рыбой? Да так, что от него шарахались? Кажется, я понял, что именно он нам предлагает.
