– Я хочу проговорить правила, касаемые вашего взаимодействия с противоположным полом: вам запрещены любые физические контакты вне испытаний, – голос Идола звучит как приговор. – Напоминаю, что победитель шоу станет обладателем ста миллионов долларов. Эта денежная сумма уже существует для вас сейчас в качестве потенциального выигрыша. Но она будет стремительно уменьшаться каждый раз, когда вы взаимодействуете с кем-либо кроме своего официального партнера по испытанию.
Кэллум просто издевается надо мной. Выглядит как почерк собственника. Уверена, он только что сам написал это правило, увидев меня с Аароном.
Вопрос лишь в том: почему он ревнует?
Неужели этот высокомерный мужчина может что-либо испытывать и на полном серьезе ревновать девушку? Мне страшно представить, сколько женщин у него было.
Он просто что-то замышляет, не более.
Чувствую на себе пристальный взгляд Торнтона. Он стоит возле одного из пляжных шатров, на которые я обратила внимание, когда подходила к кромке воды. Кэллум делает вид, что увлечен разговором с незнакомой мне девушкой, но я кожей ощущаю, как его глаза следят за каждым моим движением. Это злит и будоражит одновременно. Как и мысль, что он настолько не хочет ни с кем делить меня, что кажется, уже на ходу переписывает правила своего дурацкого шоу.
Аарон рядом со мной что-то увлеченно рассказывает, улыбаясь и слегка нервничая, строит предположения о том, каким именно будет новое испытание. Его рука вдруг легко касается моей талии, и я замечаю, как в этот момент напрягаются плечи Кэллума.
О да, это действительно задевает его. Триггерит, мать его. Что ж…
Не думая больше ни секунды, я поворачиваюсь к Аарону и целую его. Прямо здесь, посреди пляжа, при всех. Его губы мягкие и теплые, он на мгновение замирает от неожиданности, но после отвечает на поцелуй.
Мне приятно ощущать его рот на своем. Он сильный и крепкий и пахнет, как морской бриз. Острые ощущения захлестывают – и я не знаю, связаны ли они с тем, что это буквально второй поцелуй в моей жизни, или с тем, что я успела проникнуться симпатией к мужчине, способному отдать жизнь за здоровье своего ребенка.
Низкий горловой рык Аарона вибрирует на моих губах, он проникает языком в створку моих губ, заставляя его обхватить своим ртом и всосать в себя. Черт, целоваться так приятно. Мне действительно не хочется останавливаться, хотя раньше я думала, что это просто какой-то бесполезный обмен слюнями и грязь.
Краем глаза вижу, как Кэллум резко отворачивается. Мистер «лидирующая позиция» бесится, и это очевидно. Внутри меня разливается странная смесь торжества и горечи. Я получила то, чего хотела – задела его. Но какой в этом смысл? Почему мне так важно вызывать в нем эмоции? Почему мне так важно получать его внимание?
Отстраняюсь от Аарона, чувствуя его недоуменный взгляд. Он заслуживает лучшего, чем быть пешкой в моей зарождающейся игре. Но я не могу остановиться. Не сейчас, когда все зашло так далеко.
Мне становится противно от самой себя, потому что я уже не понимаю – а я ли это? Почему именно здесь я творю то, чего никогда не позволяла себе раньше?
Мои губы все еще горят от поцелуя с Аароном, когда мы поднимаемся с песка. Краем глаза я замечаю, как Кэллум сжимает кулаки – именно такой реакции я и добивалась.
Идол объявляет о скором начале водного испытания, и я вижу, как Кэллум стремительно направляется ко мне.
Жаркий воздух обволакивает кожу, когда Кэллум приближается ко мне своей фирменной, хищной походкой. На нем белый льняной костюм, состоящий из свободных брюк и рубашки – в таком светлом амплуа он выглядит как Иисус, что вот–вот пройдет босиком по воде, но мне прекрасно известно, насколько это обманчивое впечатление, и взгляд Кэла только подтверждает мои догадки. Его глаза цвета грозового неба привычно скользят по моему телу, но сегодня это не вызывает привычной дрожи. По крайней мере, я пытаюсь себя убедить в этом.
Бросив взгляд на планшет, замечаю, как цифры на моем потенциальном счете выигрыша стремительно тают после того головокружительного поцелуя с Аароном, но деньги меня волнуют не так, как Аарона.
– Ты тоже теряешь деньги? – немного виноватым тоном уточняю я.
– Да, но не так быстро, – усмехается Аарон. – Должно быть, у Идола своя математика: тот, кто был инициатором близости, наказан больше.
– Ты на меня злишься? Я имею в виду, деньги нужны тебе, чтобы спасти сына…
– Возможно, нам стоит быть осторожнее, но я думаю, этот поцелуй стоил мне пару десятков тысяч долларов, – он быстро демонстрирует мне экран своего планшета. Я пока в минусе на шестьдесят тысяч, что от общего выигрыша незначительная сумма. Возможно, Идол специально добавил в шоу такое правило, чтобы мы все-таки продолжали взаимодействовать не со своими партнерами, но при этом не теряли настолько много денег, чтобы быть полностью связанными по рукам и ногам.
Он предоставляет нам выбор. Но держит контроль.