– Э-э… это смотря в чем…
– А в чем?
– Погоди. Погоди, не торопись. Ты задаешь слишком много вопросов. А у меня, между прочим, тоже есть кое-какие вопросы к тебе. Давай мы с тобой разберемся с нашими делами чуть попозже. Твой отец хотел поговорить со мной?
– Да.
– Вот давай завтра встретимся втроем за ланчем и поговорим. И не волнуйся, Полина, все в порядке. Пока ничто твоему отцу не угрожает. Окей?
– Черт с тобой, – ответила девушка, немного подумав, – окей. Только завтра ты должен рассказать мне все. Согласен?
– Само собой. А теперь, принцесса, давай спать.
Так что, «Завтра, завтра, не сегодня» – говорят не только лентяи, но и сыщики, которые валятся с ног от усталости. Они мило распрощались, повесили трубки и Паша с блаженством растянулся в своей кровати, отогнав проблемы и сомкнув глаза. Сон быстро уносил его прочь от прошедшего дня ко дню грядущему и уносил как-то легко, вместе с надеждой на лучшее. Исаев покамест и не подозревал, какие неожиданные события грядущий день готовит.
С утра, как и было договорено, Паша встретился с Альбертом Сергеевичем в ресторане «Москва». Ковец завтракал в обществе Полины и благоволил Исаеву присоединиться. В полном противоречии с поговоркой: «Завтрак возьми себе, обед раздели с другом, а ужин отдай врагу», предполагающей, что за завтраком можно и обожраться, Исаев считал самым лучшим началом дня легкий завтрак. Поэтому ограничился чашечкой кофе и присел за столик Ковеца. Некоторое время они молчали. Альберт Сергеевич с интересом поглядывал на Пашу, личность которого вызывала у него живейший интерес, а Полина скромно поглядывала на обоих.
– Вы первый раз в круизе, Павел? – спросил Ковец.
Паша даже подумал, не издевается ли он.
– Да. Но мне кажется, Альберт Сергеевич, что вы тоже далеко не каждый год этим балуетесь.
Возражение оказалось каким-то надуманным.
– Собственно говоря, именно в круизе я тоже первый раз, – равнодушно ответил Ковец. – Никогда не плавал по Средиземному морю.
– Кажется, нам с вами повезло.
– Да уж, – усмехнулся Альберт Сергеевич. – Мне с неприятностями, а вам со мной… Скажите, Павел, только честно, вы здесь, чтобы следить за моей персоной, использовать меня в качестве приманки, или охранять?
– Хороший вопрос, – согласился Исаев. – Если бы не убийство Щукина, такой вопрос не возник бы.
– Но раз уж так повернулась судьба?
Полина в этот момент олицетворяла собой фразу из поэмы Лермонтова «Бородино» про «ушки на макушке».
– Из трех предложенных вами вариантов, – почему-то витиевато начал Исаев, – я бы остановился на первом. Я скорее слежу за вами, чем все остальное. Увы, подробностями побаловать не смогу, поскольку, сами понимаете, не имею права разглашать тайну следствия. Скажу только, что ситуация может повернуться против вас. К сожалению, исключить такой поворот нельзя, но лично я считаю, что вы имеете довольно косвенное отношение к делу, которое нас интересует. Поэтому со спокойной душой иду на откровенный разговор с вами.
– Какое дело вы имеете в виду? Убийство Прибыткова в Москве?
– Да. И в связи с этим у меня к вам такой вопрос, – Исаев допил кофе, отодвинул чашку и улыбнулся. – Альберт Сергеевич, поделитесь опытом, как вам удалось остаться в живых? Ведь вы находились рядом со Прибытковым, когда в него стреляли. Как говориться, на линии огня.
Даже тени улыбки не появилось на лице Ковеца. Исаеву стало совершенно очевидно, что этот вопрос интересует Альберта Сергеевича не меньше, чем самого Пашу.
– Логично, – осторожно подыскивая каждое слово, произнес Ковец. – И вот что я вам скажу. Можете мне не верить, но я не знаю ответа на этот вопрос. Могу только догадываться.
– И что вы думаете по этому поводу?
– Ну, ошибка в таком деле исключена, значит, выстрелы достигли своей цели. Видимо, Прибытков кого-то сильно подвел, а я оказался случайным свидетелем этой истории.
– Вы так считаете?
– Да. А что бы подумали вы на моем месте? Я просто не вижу другого варианта, – Ковец достал трубку и принялся набивать ее. – Надеюсь, вы осведомлены о том, что я не занимаюсь противозаконной деятельностью? Ну вот, стало быть дело в Прибыткове, а он имеет непосредственное отношение к московской недвижимости. Сами знаете, что такое московская недвижимость. Еще со времен Гавриила Попова этот вопрос стал чрезвычайно актуальным и прибыльным для всех, у кого были деньги и возможности. У Прибыткова оказались в руках возможности влиять на распределение частных вложений в недвижимость Москвы. Соответственно своим возможностям он брал взятки. Собственно, взятки сейчас берут все. Это основная стратегия чиновников государственного аппарата и государство наше делает все возможное, чтобы практику эту укрепить… Короче говоря, вам, Павел, должно быть виднее, кому Прибытков мог перебежать дорожку.
– И все-таки, Альберт Сергеевич, согласитесь, что это странно. Почему враги Прибыткова решились на такой риск для вашей жизни?
– Странно. Согласен.
– Так может быть, дело не в контракте, который вы обсуждали с Прибытковым? Может быть здесь что-то другое?
– Что например? – с интересом спросил Ковец.