Паша хлопнул Балабанова по плечу и отправился на то место, где они стояли с Полиной, пока не появился комиссар Кастеллани. А «Россия», тем временем, заметно сбавила ход. Вот-вот должно было произойти чудо и большинство любопытствующих пассажиров теплохода уже высыпало на открытые палубы в терпеливом ожидании. Вот где-то совсем рядом, сквозь молочную дымку сильно поредевшего тумана, проступили неясные очертания башенки маяка и темной полоски за ним, терявшейся в дали. Вот справа возник второй мол и пассажиры на палубе заволновались. Вот со стороны маяка раздался знакомый уже вой сирены, из тумана вынырнул небольшой катер, развернулся, словно приглашая следовать за собой, и помчался обратно. Пассажиры ахнули – там и сям показывались белоснежные яхты и серые баркасы рыбаков, а один из них, деловито стуча мотором, пропыхтел мимо и веселый неаполитанский рыбак махнул рукой. В ответ с борта «России» приветственно всколыхнулась вся людская масса. Еще немного терпеливого ожидания и чудо, которого все ждали, свершилось. Естественно, неожиданно.
Словно по приказу некоего небесного развлекательного центра туман вдруг разом ушел назад, как будто раздвинули тюлевую занавеску, и перед глазами потрясенной публики предстал Неаполь. Предстал как-то сразу и весь, словно вырос из моря и в отчаянном движении принялся взбираться на гору, амфитеатром охватывая залив. Город чуть слышно шумел, отпуская время от времени автомобильные гудки, а дома были нежно окрашены восходящим солнцем – Неаполь просыпался. Очаровательная картина. Единственное, что немного беспокоило, так это отсутствие Везувия. Доверчивых зрителей, кажется, собирались обмануть. Но все выяснилось очень быстро. Двойная вершина исторического вулкана прорисовалась справа и уже позади теплохода. Немедленно по палубе пронесся стрекот – это туристы вовсю защелкали фотоаппаратами, ловя открывшиеся виды. А «Россия», тем временем, уже втянулась в гавань и к ее белому корпусу подсуетились два мощных буксира.
Не прошло и получаса, как они ловко развернули корабль и аккуратно подвели к причалу морского пассажирского вокзала Неаполя. По другую сторону причала уже отдыхал океанский лайнер с красивым названием «Аугенио Коста». Рядом с этим гигантом, выкрашенным в бежево-коричневые тона, с его крытыми галереями и тремя настоящими трубами, каждая с приличный дом, «Россия» казалась неуклюжим подростком, робко вошедшим в комнату, пока взрослые отдыхают. Тут же, внизу под бортом, как привет с далекой Волги и канала имени Москвы, сновали шустрые «метеоры» и «ракеты». Немного неестественно смотрелись они здесь, словно красавца «Аугенио Коста» плюхнули прямо посреди Истринского водохранилища.
Между тем, колорит окружающего мира настолько приковывал внимание, что едва ли кто-нибудь из пассажиров «России» разглядел на причале встречающих. Да и кому это могло прийти в голову – «Россия» выполняла исключительно круизный рейс. Не смотря на это, ее уже поджидали. И первыми бросались в глаза представители местной полиции на бело-зеленом «Фиате». Коллеги комиссара Кастеллани сидели в салоне, выставив ноги в открытые двери, смотрели на подошедший теплоход и о чем-то разговаривали. Видимо, о белом «Мерседесе», стоящем поодаль, на который представители закона то и дело бросали подозрительные взгляды. Оба пассажира этого «Мерседеса», без всякого сомнения, интересовались прибытием «России» не меньше полиции и при этом бросали на блюстителей порядка не менее подозрительные ответные взгляды. Темные пиджаки, шелковые рубашки, волосы, старательно, волосок к волоску, уложенные гелем назад, отдающие синевой щеки и темные очки на орлиных носах – колориту этих личностей можно было позавидовать.
– Слушай, Энцо, а какого дьявола тут полиция торчит? – вяло спросил тот, что сидел за рулем «Мерседеса».
Само собой, говорил он на итальянском, благо других языков просто не знал.
– А вон, взгляни, – показал пальцем тот, кого звали Энцо, – узнаешь?
– Коротышка Кастеллани! – изумился первый, заметив комиссара, пробиравшегося поближе к трапу. – Он-то как туда попал? Клянусь Мадонной, еще вчера он тихо сидел у себя в комиссариате!
– Это может не понравиться дону Винченцо… Сдай-ка назад. Ни к чему лишний раз светиться.
«Мерседес» медленно двинулся задним ходом и вскоре скрылся за углом здания.
Но были на причале и третьи лица. Лица эти тоже не спускали глаз со швартовавшегося теплохода, но вылезать на авансцену они не стали, а скромно довольствовались кулисами, пристроившись под эстакадой за зданием вокзала. Их также было двое, но, в отличии от пассажиров «Мерседеса», особым колоритом они не отличались. Спортивного покроя куртки, голубые джинсы и замшевые ботинки – не более того. Да и разговаривали они по-французски. Впрочем, это вполне объяснимо: если бы у нас была возможность заглянуть к ним в бумажники, мы очень быстро обнаружили бы там удостоверения Интерпола.
– Однако не мы одни встречаем корабль, Поль. Вон полиция, а вон там, похоже, люди дона Винченцо.
– И эти здесь? Вот кем надо заниматься, а не русскими!