Они внезапно, не сговариваясь умолкли. Солнце медленно клонилось к закату, делая их печаль красивой. Гудевшая рядом толпа, казалась им неимоверно далёкой, чуждой, словно они находились на маленьком острове, посреди моря, и гомон, исходящий от неё, походил на крики чаек и шум прибоя.
– Мастер Риз! – голос Саффи, нарушивший эту идиллию, был на редкость сух. – Мне позволительно будет отвлечь тебя от беседы?
– Кто это? – еле слышно спросила Дайя.
– Это леди Саффи. – также тихо ответил Риз, медленно оборачиваясь. – Королева.
– Кто это? – достаточно громко спросила Саффи подошедшего мага, чтобы незнакомая девица могла её услышать.
– Моя старая знакомая. В смысле я её давно знаю. – испугавшись обидной двусмысленности, поправился Риз. – Я сейчас вас познакомлю.
– Не стоит. – она непонятно за что на него сердилась. – Это не к спеху.
– А что тогда к спеху? – Риз тоже начинал злиться. Ему не понравилось, что с ним разговаривают в подобном тоне, и не кто-нибудь, а Саффи.
– К спеху то, что я считаю неправильным оставлять жену одну в столь многочисленном мужском обществе. Или ты уже позабыл, что женат? Быстро однако. Кстати, она нас уже покинула, удалясь в свою палатку. Ты не хочешь к ней присоединиться?
С каждой новой фразой она всё больше и больше закипала, превращаясь в невменяемую. Риз диву давался – такой он видел её впервые.
– Саффи, пожалуйста, успокойся. Ты несёшь всякую ерунду.
– Ты… – она плотно сжала губы, её трясло от гнева. – Ты… – большего ей не удалось произнести и, развернувшись к нему спиной, ушла в сторону своего шатра.
– Что-то случилось? – Дайя рискнула подойти ближе.
– Ничего. – ответил Риз. – Ничего хорошего. Будь я проклят обоими Зарами, если что понимаю. Ладно, пойдём, познакомишь с мужем.
С минуту он стоял перед входом в палатку. Наконец, решив, что оттягивать дольше нельзя, откинул полог. Тускло светила свеча, но Ризу удалось разглядеть поспешно сколоченный стол, четыре маленьких табурета, ширму, за которой, скорей всего, спали Сатти и Кама, довольно большую кровать, застеленную шкурами и Бранду, сидящую на её краю. Сомнений не оставалось – она его ждала. Ризу стало совсем тяжело. Делать больно он не любил, но за всё приходится расплачиваться, а прожить жизнь и не сделать никому больно – нельзя. Он решительно подошёл к жене. Та тут же встала.
– Нам нужно поговорить. – заявил Риз.
– Давно пора. – перебила его Бранда, посчитавшая, что пора брать бразды правления в свои руки, раз муж не решается сам. – Я понимаю, ты меня не любишь, но я твоя жена. Рано или поздно, мы должны это сделать. Раз ты не можешь набраться духу, может, это тебе поможет.
Она поспешно вскинула руки к шнуровке платья. Наверняка она готовилась, многократно опробовав, как это будет. Представляла, как само сползёт платье с плеч. Как зачарованно Риз будет любоваться её обнажённой фигурой. Как она, покраснев, будет ожидать его первого прикосновения. Всё это она уже несколько раз проделала в своём воображении.
Проклятая шнуровка испортила всё. Эффектно дёрнув её, Бранда затянула узел настолько крепко, что ей никак не удавалось его распутать. Она, нервно перебирая пальцами, силилась всё исправить, но ничего не выходило.
– Может ты всё же поможешь мне? – сердито потребовала она, в отчаянии опустив руки. – Ну что ты встал, как вкопанный?
Риз не торопясь подошёл к ней. Бережно взял её руки в свои. С грустью заглянул ей в глаза. Бранда сразу обо всём догадалась.
– Прости. – без долгих предисловий начал он. – Нам не стоит этого делать.
– Тогда зачем ты пришёл? – холодно спросила отвергнутая девушка. – Зачем? – ей очень хотелось бросить ему в лицо, чтобы он убирался, но она сдержалась. – Уходи.
Риз медленно отступил назад. Потупил взгляд в пол, не смея заглянуть ей в глаза. Она молча ждала, не двигаясь. Юноша повернулся и пошёл к выходу. На пороге он задержался, и понимая, что это лишнее, все же сказал ещё раз:
– Прости. – и задёрнул за собой полог.
***
К утру Карадаш поднялся на ноги, обретя способность к самостоятельному передвижению. Ещё не вполне полноценному, но это лучше, чем тащить его на себе. А если учесть, что в их маленьком отряде он был единственным следопытом, то всё случившееся можно, с некоторой натяжкой назвать удачей.
Шли медленно. Наёмнику приходилось часто останавливаться и отдыхать. Целительство Челиты оказалось неполным – она не смогла до конца восстановить силы их предводителя, хотя внешне он вполне выглядел здоровым, если не обращать внимание на его чрезмерную бледность.
Отсутствие еды тоже не сказалось благоприятно. Если им не повезёт, то до ближайшего жилья, может статься, несколько дней пути и они вполне рискуют умереть с голода.
К чести Карадаша, необходимо признать, что несмотря на слабость, ему удалось обнаружить старую охотничью тропу, по которой давно никто не ходил. Он, по одним ему известным приметам, средь полусгнившей листвы и мёртвых веток, безошибочно угадывал направление и на второй день вывел их из леса на просёлочную дорогу. Удача начала поворачиваться к ним лицом.
