– Что произошло? – спросил Гелерд, догадываясь, что он как-то причастен к произошедшему. – Чего ты испугался?
– Тебя хотели убить.
– Меня? – Гелерд был поражён. Он не питал иллюзий – многие в этом городе желали ему смерти, но чтоб так… – Продолжай.
– Когда ты вошёл, за тобой вошли трое и с ними был лев. Я хотел тебе крикнуть, а ты… – Гар запнулся, не решаясь озвучить то, чему был свидетелем.
– Что я? – Гелерд уже сам понял, что мог увидеть брат.
– Ты превратился… в чудовище. – с трудом выдавил малыш. – И убил их всех огнём. – Гар жалостливо заглянул в глаза брату. – Мне страшно. – он готов был заплакать. – Очень.
Гелерд печально смотрел на мальчика, который был ему дорог. Он знал, какая участь уготована им обоим и страшился этого. Впервые маг не желал могущества такой ценой.
– Ты должен уехать. – решительно заявил он. – И как можно скорей.
– Но почему? – в глазах Гара застыл ужас. – Ты бросаешь меня?
– Нет. – у Гелерда самого застрял ком в горле. – Я тебя найду. Потом, когда всё образуется. Сейчас рядом со мной очень опасно. Я не хочу тебя потерять.
– Тогда я останусь с тобой, раз тебе грозит опасность. – мальчик выхватил кинжал, готовый броситься на любого, кто осмелится приблизиться к брату с дурными намерениями. – Я готов умереть за тебя!
– Не смей так говорить! – закричал маг. – Запомни, прошу тебя. – он встал перед ним на колени, гладя по стриженым волосам. Руки у него дрожали. – Пожалуйста, никогда больше так не говори.
– Я не хочу уезжать. – по щекам Гара потекла влага. – Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю. – впервые, со времени признания Шазе произнёс маг эти слова в лицо тому, кому они предназначались. Обещаю, что найду тебя, как только всё закончиться.
*
Она робко ткнулась носом в его плечо.
– Что теперь? – в её голосе чувствовалась неуверенность.
Юноша, до этого молча глядящий в темноту над собой, повернул к ней голову и нежно, словно маленькую девочку, поцеловал в лоб. Девушка, ещё несколько часов назад смевшая принимать судьбоносные решения, от которых зависели многие жизни, сейчас и вправду казалась себе маленькой, девятилетней девочкой, напуганной и боявшейся заглядывать в будущее.
Однако помимо страха перед грядущим, в ней теплилась надежда, что счастье, казавшееся несбыточной мечтой, возможно.
– Всё будет хорошо. – фраза во все века служившая самым лучшим утешением, вместе с нежным поцелуем в губы помогла ей расслабиться. – Спи.
– Я не хочу. – Саффи прижалась к нему, положив голову на плечо. – Хочу разговаривать. Как раньше. – она помолчала немного и добавила: – Я боюсь.
– Чего? – Риз развернулся к ней и обнял.
Девушка засопела, раздумывая, рассказывать или нет. Но она не была бы собой, если бы позволила своему страху взять верх.
– Ещё до знакомства с тобой, – решилась она поведать тайну, – мне вещунья напророчила.
– Вещунья? Ты веришь этим сказкам?
– Нет, Риз. Это не сказки. Почти всё из предсказанного уже сбылось.
Юноша молчал, ожидая продолжения.
– Ведьма, к которой меня водили, предрекла, что прежде чем возвыситься, меня предадут, но полюбят. Так и случилось – Дагарла продала меня одному магу, а он меня полюбил. Думаю, не стоит объяснять, кто этот маг? –помедлив, она продолжила: – Я стану кем должна стать, говорила она, но останусь прежней. Разве не это случилось в Каиште? Риз, это всё серьёзно и мне страшно.
– Чего же ты боишься, глупенькая? Всё же хорошо выходит.
– Но это не всё пророчество.
– А что ещё?
– Я должна победить. – нерадостно произнесла Саффи. – А потом… потом потерять. – она вновь замолчала, прислушиваясь к биению сердца юноши. Отсчитав сто ударов, договорила: – А ещё я должна принести жертву. Я не хочу, чтобы ею стал ты. – сквозь слёзы сказала девушка.
– С чего ты решила, что жертвой должен быть именно я? – весело спросил Риз, хотя внутри тревожно кольнуло – суть жертвенности ему была хорошо известна.
– Ты сам говорил – пожертвовать можно лишь тем, что тебе дорого. А у меня нет и не будет человека дороже тебя. По мне, так лучше самой умереть, чем потерять тебя.
– Не надо никому умирать. И жертву приносить не нужно. – всё возвращалось вспять. Он снова стал старшим братом, утешавшим маленькую девочку, боящуюся оставаться одной. – Достаточно того, что ты победишь. Договорились?
Вместо ответа девушка только сильнее прижалась к нему, стараясь прогнать гнетущие мысли и насладиться сбывшейся мечтой.
– Спой мне. – попросила она обнимая. – Спой, как будто мы дома.
– Хорошо. – ответил он. – Только ты спи.
– Намиловались, голубки? – без зазрения совести вломилась в палатку Цера. – Маг, вставай. Есть новости.
Пунцовые от стыда влюблённые, прикрываясь пледом и шкурами, разбуженные внезапным появлением подруги, собирали одежду, раскиданную впопыхах вчера ночью. Оправдываться не имело смысла – один их вид говорил о том, что здесь произошло.
