Иконников полностью

Как хорошо и глубоко Ф. Грек изложил свою мысль. Вот так же и я бы хотел свою мысль обобщить такими словами. То, что вы прочтёте в моём эссе «Прежде и потом», – это малость, это лишь сотая доля от множества того, что бы я хотел сказать о такой близости художников разных эпох. Но благодаря этому малому вы уразумеете и большее. Потому что Бог един, Он творит на земле и рождает людей по образу и подобию своему. Художники и поэты на земле рождались и будут рождаться разные. Но не исключено, что такие близкие поэты рождались на земле и прежде и будут рождаться потом. На всё воля Божия.

«Человек, идущий издалека», – сказал Винсент Ван Гог о Гогене. Он как будто знал, что это, действительно, так (Гоген пришёл, на мой взгляд, в 19-й век из 15-го века…) По крайней мере, его ближайшие родственники и художники жили у нас на Руси и писали блестящие иконы… А Гоген, как заблудшая овца, блуждал во времени: ни поэт, ни философ, ни изыскатель, ни писатель-фантаст с европейским образованием, этот не понятый в Европе гений и неофит не нашёл ничего лучшего, как убежать из Европы искать корни своего видения в Полинезии…

А может, всё же ему бы было лучше у нас, в России? Тут бы он и отыскал своих родственников – художников и поэтов Ф. Грека и Ф. Рублёва, он бы первым и указал на это. А не я грешный и больной, которого постоянно оспаривает наша Церковь: «Не может один источник изливать солёную и сладкую воду». Не надо путать Божий дар с яичницей.

Когда бы великий П. Гоген увидел великого Ф. Грека и его великую икону «Успение Божией Матери», он бы подпрыгнул от восторга! «Вот это живопись! – сказал бы он. – Да это, похоже, мой старший брат, которого я искал по свету… Боже мой, да я и мой синкретический стиль не так уж и нов. А кто этот художник и на сколько старше меня?»

«На 500 лет!» – сказали бы ему. Поль Гоген взялся бы за копию с этой иконы, но его бы выгнали за неверие в Бога, и вообще, он бы опять отправился на Таити, искать свой рай на земле.

Я не великий художник. Я лишь экспериментатор, я лишь дополнительное звено в цепи великих художников – это моя миссия… Посему я не сильно сержусь, когда среди чёрных ворон в искусствоведении я – совершенно белая ворона… Время придёт, и моя правда найдёт подтверждение. Когда Бог даёт на земле кому-то талант, то этот талант просветительский.

Нельзя 1000 лет таить шило в мешке, оно всё равно когда-то вылезет…

Бог всемогущ и всевидящ. Он видит тайное и всегда воздаст тебе явно, как говорится в Евангелии от Матфея (6.6 Мф.) И это великая правда Божия, которая сотни и тысячи раз была подтверждена в мире. Бог видит и воздаёт нам явно. Когда в Московском Кремле, в Благовещенском соборе плечом к плечу работали, расписывая храм два гения – А. Рублёв и Ф. Грек, имея в себе великий талант иконописцев. Я бы этот талант назвал бы одновременно и редким, и поэтическим талантом, это как две горошины в одном стручке.

Так вот два редких таланта, которые появляются в 500–600 лет один раз, и они работают в одном месте и в одном храме? Что это, если не промысел Божий? Это как раз и есть подтверждение слов из Евангелия от Матфея, что Господь наш видит наше тайное и воздаёт нам явно.

Икона «Преображение» 1403 г. сильно напоминает стиль Ф. Грека, но это сильная имитация его стиля. Я слишком хорошо чувствую эту имитацию и… почти ничего не нахожу от специфики видения Феофана Грека.

Видите ли, мы, поэты, как и охотники, чувствуем друг друга по запаху… Вот одна из причин, почему двухстороннюю икону из ГТГ «Донская Богоматерь» и «Успение Божией Матери» я полностью приписываю Ф. Греку – это его стиль и талант. Чтобы так написать одежды Христа, чтобы так сильно и звонко взять цвет (чтобы цвет, звенел не хуже цвета Ван Гога и Гогена), надо было так звенеть изнутри художнику и поэту Феофану, как потом у нас на Руси умели делать лишь наши поэты!

Уже одной этой иконы было бы достаточно увидеть П. Гогену, чтобы он признал в этом неведомом художнике старшего брата.

Но как мировое искусствоведение этого ещё не увидело? Неужели Маша, моя соседка, 14-летняя девочка, права, что это может увидеть только гений…

Глупо, конечно, я так не считаю… Я вовсе не гений и даже художник не шибко талантливый. Я просто вижу то, что пока никто не видит.

Я полагаю, что дар поэта – это дар Божий, и он завязывается, как завязь какого-нибудь растения от самого семечка… Это глубокая и непостижимая тайна Бога, как из комбинации множества сотен клеток или миллиарда ген, в том числе и человеческих генов, вдруг появляется в мир поэт.

Это непостижимая тайна, и эта тайна и милость Божия.

Что до иконописцев Ф. Грека и А. Рублёва, то их детство, на мой взгляд, было очень ярким, полным света, цвета и радости и, наверняка, Южным…