В общем, Линали, будучи словно на иголках, решила, что больше не может ждать подходящего для разговора момента, поэтому стояла у дверей комнаты Аллена с намерением… О боже, сколько же ей всего нужно сказать ему! Но она, к своему удивлению, продолжала стоять на месте и тупо пялиться в дверь. Так странно. Между ними столько всего произошло, пусть и не в реальности, а в иллюзорном мире, но чувства, что они испытывали друг к другу, были ведь настоящими! Нет, она не сомневалась в подлинности своих чувств. Вспоминая все те поцелуи, что сводили с ума, и близость, разрушившую между ними всякие границы, девушка заливалась румянцем, а сердце её замирало от волнения…
— Что ты здесь делаешь, Линали?
Девушка вздрогнула, резко повернулась и захлопала ресницами, удивляясь, как она могла не заметить его присутствия, — парень стоял всего в паре метров от неё. Судя по его уставшему лицу, эту ночь он провёл без сна. Взлохмаченные седые волосы и помятый белый тонкий свитер с лёгкими брюками придавали ему небрежный, но довольно-таки умилительный вид, что Линали не могла для себя не отметить.
— Я… да так, мне не спалось, вот я и… — растеряно начала она. — А почему ты не спишь?
— Страдаю бессонницей, как и ты, поэтому решил прогуляться до столовой и перекусить.
Непринуждённая улыбка, которую Аллен попытался изобразить на своём лице, вышла чересчур фальшивой и натянутой, при этом в серых глазах читалось неприкрытое волнение. Линали свела брови к переносице и подозрительно прищурилась. Раньше ложь у него выходила куда более убедительной, а теперь, попытка показать, что с ним всё в порядке, смотрелась бездарной и нелепой.
— Знаешь, вообще-то я хотела с тобой поговорить, — после продолжительной паузы таки призналась девушка, пристально глядя на него.
— Иначе бы ты не стояла у дверей моей комнаты, — констатировал он. — Что ж, думаю, говорить в присутствии Линка ты не захочешь, так что идём, отыщем более уединённое место.
Его показная холодность и отстранённость ей, мягко говоря, не нравились, но пока она предпочла промолчать и, кивнув, последовала за ним. Он вывел её на небольшой балкончик, что располагался на верхнем этаже жилого корпуса, где их, по его словам, вряд ли кто-то обнаружит в такое время. Линали получше закуталась в свитер и обняла себя за плечи, так как сентябрьское утро, пусть солнечное и безветренное, выдалось довольно прохладным, чего Аллен, казалось, даже не замечал: с задумчивым видом он облокотился на широкие каменные перила и уставился вдаль. Девушка не знала, с чего начать, а юноша, будто не испытывая от затянувшегося молчания никакого дискомфорта, продолжал любоваться восходом.
— Я соврал тебе насчёт Дейзи, — наконец заговорил он. — Мы действительно были друзьями. Правда, недолго. Тогда мы были ещё детьми. В то время я уже был знаком с Маной, и Дейзи присоединилась к цирку, в котором мы с ним работали. Поначалу я даже не замечал её, так как она вела себя тихо и избегала общения. К тому же всем моим вниманием завладел Мана. Я из кожи вон лез, чтобы быть ему полезным, и он всегда хвалил меня и искренне радовался моим достижениям, когда я учился выполнять всякие трюки в надежде попасть на цирковую арену в качестве артиста. — Он слабо улыбнулся, вспоминая об этом. — Из Дейзи же управляющий вознамерился сделать гимнастку, и она, насколько я помню, неплохо преуспевала в этом деле, чем стала-таки привлекать к себе внимание окружающих, в том числе и моё. Как-то дошло до того, что Рой, племянник управляющего, будучи на тот момент изрядно зазнавшимся мальчишкой, то ли из чувства зависти, то ли просто от скуки начал всячески издеваться да подшучивать над Дейзи, и когда я стал невольным свидетелем этого, то, не раздумывая, заступился за неё. В общем, так мы и подружились…
— И? Что же с ней случилось?
— Я не знаю, — выдохнул он. — Наша дружба длилась меньше года, так как мы с Маной покинули тот цирк.
— Ты думаешь, Дейзи и вправду каким-то образом столкнулась с Роад и оказалась ввязанной в этот несуразный спектакль, как и мы?
— Да.
Линали вспомнился тот напряжённый диалог с Дейзи за кулисами цирковой арены, где вторая, выразив свою ненависть по отношению к сопернице, откровенно призналась, какие чувства испытывает к Аллену, и к жалости неожиданно прибавилась банальная ревность.
— Хм, если это так, то неудивительно, что Роад использовала именно её. — Уолкер повернул голову и вопросительно глянул на собеседницу. — Ты как минимум неравнодушен к ней, а она так и вовсе в тебя влюблена, то есть не исключено, что её детская привязанность со временем переросла в нечто большее, чем Роад, собственно, и воспользовалась.
Юноша заметно напрягся.
— Ты что, говорила с Дейзи?
— Да, говорила, — подозрительно нахмурившись, призналась она. — И она выдала мне всё как на духу.
— Хм, вот как, значит, — нарочито спокойно произнёс он, мысленно успокаивая себя, что если бы Дейзи ляпнула ей чего-нибудь лишнего, то она не стала бы об этом умалчивать.
