Я наблюдала за ней всё время собрания. Нервные движения, постоянно теребит край фартука, взгляд бегает, избегает прямого контакта. И главное — когда я упомянула о проверке расходов, у неё дёрнулся левый глаз. Микро-тик, большинство бы не заметили.
— Герта, останьтесь. Остальные свободны.
Слуги расходились, перешёптываясь. Атмосфера изменилась — вместо страха появилось что-то похожее на надежду.
Когда зал опустел, я внимательно посмотрела на женщину. Ей было около сорока пяти, полная, с добрым лицом, которое сейчас было искажено страхом.
— Герта, как давно вы крадёте из моей шкатулки?
Женщина побелела как полотно. Ноги подкосились, она тяжело опустилась на стул.
— Я не...
— Герта, — мягко перебила я, переходя на тот тон, которым говорила с пациентами в кризисе. — У меня нет времени на игры. Ваш сын влез в долги, угрожают коллекторы, вы в отчаянии. Я права?
Герта рухнула на колени, рыдая. Слова полились потоком — сын увлёкся азартными играми, проиграл триста золотых империалов местному криминальному авторитету, угрожают покалечить, она не знала, что делать...
— Триста золотых... — повторила я. — Серьёзная сумма для служанки.
— Я верну! Клянусь! Из жалования, буду работать бесплатно, только не выгоняйте!
— Встаньте, Герта. Сядьте нормально.
Помогла ей подняться, усадила на стул, налила воды из графина.
— Выпейте. Успокойтесь. Дышите глубже.
Она послушно выпила, руки всё ещё дрожали.
— Анна выдаст вам эту сумму. Долг будет погашен.
— Ваше величество! Это... я не могу...
— Но это единственный раз. И приведите сына завтра — поговорим о природе игровой зависимости.
— Вы... вы не накажете меня?
— Герта, вы хорошая экономка. Пятнадцать лет безупречной службы. Одна ошибка в момент отчаяния не перечёркивает всего хорошего. Но больше никакого воровства. Если нужна помощь — приходите и просите.
Женщина разрыдалась снова, но теперь от облегчения.
— Ваше величество, я... я не знаю, как благодарить...
— Работайте хорошо. И помните — я забочусь о своих людях, но требую честности.
Когда Герта ушла, всё ещё всхлипывая от эмоций, Анна покачала головой.
— Ваше величество, вы удивительно изменились.
— Я просто решила быть собой. Кстати, жена канцлера придёт завтра?
— Да, но леди Марвин очень опасна. Она контролирует половину светских салонов столицы. Одно её слово может создать или разрушить репутацию.
— Или полезна. Вопрос в подходе.
В дверь постучали. Тихо, неуверенно — не слуга, но и не аристократ.
— Войдите.
Вошёл молодой человек лет семнадцати. Форма пажа, но помятая, пятно на камзоле — похоже на вино. Красивое лицо, но глаза затравленные.
— Ваше величество, — поклон вышел неуклюжим. — Его величество император направляется сюда.
— Как тебя зовут, паж?
— Мартин, ваше величество.