В это время за спиной светлейшего Винсент, не сдержавшись, подмигнул расплывшемуся в улыбке пацану. Клод-Мишель, как самый старший, был ещё и самым шустрым, и далеко не молчуном, в отличие от братьев. Похоже, он говорил за всех четверых, причём, как успел убедиться капитан за несколько часов дороги из Сара, пацан, хоть и казался чересчур болтливым, но о себе и о семье не сообщил и пары слов, всё о других, да выпытывал больше, как правильно себя вести в городе и в замке, отдадут ли их учиться или отправят подмастерьями в гильдии, где они будут жить…
Да, вот кстати.
— Ваша светлость, — деликатно напомнил. — Там слушалось ещё одно дело.
Строго сведя брови, кузнец лишь кивнул сыну, жестом приказав помолчать. Младшие, заулыбавшись, подтянулись, засияли мордашками, заблестели глазами. Но сжали губы плотнее, ибо отца слушались с полуслова. Да и серьёзность момента им капитан Винсент разъяснил в своё время как следует. Подвести родителя было нельзя.
— Да, благодарю. — Герцог, наморщив лоб, будто вспоминая, потянул с письменного стола бумагу с постановлением. Пробежал глазами. — Держите-ка, господин Дюмон… Это дело также подняли из архивов. Верховный суд Эстре, рассмотрев поданное когда-то заявление о розыске возможных родственников на предмет наследования некоему Жану Полю Дюмону… — Бывший кузнец вздрогнул. — … вашему покойному дяде со стороны отца, и, принимая во внимание выдержки из писем покойной Клементины Дюмон, его сестры, а также вашей тётки, в адрес вашего отца, пришёл, при сопоставлении фактов, имён и событий, к мнению, что вы являетесь единственным наследником покойного Жана Поля Дюмона, шевалье, жителя Эстре, чьё имущество в своё время отошло к городской казне. Но, смею заверить, до сих пор в надлежащем порядке. Проживающие до последнего времени жильцы съехали. Они полностью удовлетворены денежной компенсацией, выплаченной также из казны Эстре. Подобные инциденты предусмотрены законодательством.
Жан Поль принял выписку из решения суда недрогнувшей рукой, но второй вроде как бы случайно поправил внезапно ставший тесным воротник, как будто непривычно тонкое голландское полотно рубахи стало для него жёстким.
— У вас теперь есть дом в Эстре, — серьёзно сказал Винсент Модильяни, но, не удержавшись, снова подмигнул Клоду и ребятишкам. — Сейчас его светлость закончит с официальной частью — и я отвезу вас туда. Знакомиться. Там даже сохранились портреты ваших родственников.
Дюмон склонил голову.
Не благодарит. Глаза герцога довольно вспыхнули. Гордец. Думает, в сущности, что получает то, что и без того его… или всё же не хочет принимать, считая, что я расплачиваюсь за Марту. А молчит потому, что дерзить не хочет, хоть так и рвётся с языка…
— Винсент, ты объяснил господину Дюмону, что с племянницей он увидеться не скоро?
— Почему? — вспылил, наконец, Жан Поль. — Прошу прощения, ваша светлость, но, однако…
— Прошу прощения, — бестрепетно подхватил Клод, глядя прямо в глаза герцогу чистым ангельским взором, отчего-то так похожим на Мартин. — А нам можно?
И тут плотину, что называется, прорвало. Что дозволено одному — дозволено всем, и стоило старшему вступить в беседу взрослых, младшие сунулись туда же.
— Мы так соскучились!
— Правда, ваша светлость, жуть как соскучились!
— А вы нашу мамку найдёте? — выпалил вдруг самый младший. И сразу все замолчали испуганно, поняв, что, кажется, вот-вот их накажет страшный герцог…
Тот выразительно приподнял бровь. Потрепал младшего по упрямо торчащим, не поддающимся никаким гребешкам, кудрям.
— Об этом, пожалуй, мы ещё поговорим, — сказал туманно. — Вот что, Винсент, отвези их пока в новый дом, пусть обживаются. Поезжайте, молодые люди, и запаситесь терпением: с госпожой Мартой вы встретитесь очень скоро. Но: — наставительно приподнял палец: — Я намерен устроить ей большой сюрприз, а потому — давайте не будем его портить и показывать вас раньше времени.
Повернулся к Дюмону.
— А вас, мастер Жан… — Усмехнулся. — Вас я попрошу остаться. Ненадолго. Для дальнейших инструкций. Вам нужно особо подготовиться к встрече.
…………………………..
— Ну, что же мы стоим? — дрожа от нетерпения, воскликнула Изольда Смоллет-Гейл. — Дори, едем ко мне, немедля! Мне так много нужно тебе рассказать, и узнать! Где ты была, откуда объявилась? Почему твой брат утверждал, что ты умерла? Пойдём же, у меня тут карета!
Она уже тянула подругу за рукав, когда Максимилиан Фуке кашлянул. Негромко, но предупредительно, привлекая к себе внимание.
— Посмею себе вмешаться, дамы. Хотелось бы напомнить, что у госпожи Смоллет есть обязанности, пренебрегать которыми не стоит. Леди Гейл, не так ли? — Почтительно наклонил голову. — Госпожа Смоллет, представьте меня своей подруге.
Проведя ладонью по лбу, Доротея слегка успокоилась. Да. Он совершенно прав, нельзя терять голову. Хоть напоминание секретаря об «обязанностях» сработало, будто ушат воды на голову вылили. «Обязанности…» Словно подчеркнул разницу между свободной знатной дамой и ею… дуэньей…
