36-летняя успешная предпринимательница из Вазиристана завершает свой рассказ следующими словами: «Я увидела, насколько сильно изменило это мою собственную жизнь, и хочу распространить этот опыт дальше».
История Марии способна многое сказать нам о важности открытости. Она смогла преуспеть только потому, что у нее был доступ в Сеть, и это позволило ей и женщинам в ее команде наладить контакт и заняться бизнесом с людьми по всему миру, невзирая на довольно ограничительную культурную среду в Пакистане. Однако для достижения успеха ей приходилось работать с утроенной силой, чтобы преодолеть отсутствие политической и экономической открытости. Страны, которые могут преуспеть в экономическом смысле, вряд ли сделают это, если в них сохраняется фанатическое стремление к контролю.
Я видел это в другой части мира, когда приехал в составе дипломатической миссии в Россию, чтобы обсудить вопросы инноваций и свободы интернета. Мы провели встречу с пресс-секретарем Владимира Путина Дмитрием Песковым в российском Белом доме (да, резиденция правительства и премьер-министра России также называется Белым домом). Встреча моей команды с Песковым и его сотрудниками проходила в казенно обставленной комнате. Нас усадили за длинный прямоугольный стол: с одной стороны – восемь русских, а с другой – восемь американцев. Мы с Песковым сидели посередине, и основной разговор в течение 90-минутной встречи шел между нами двоими. Пару раз во время общения Песков вставал и выходил в одну из дверей – она вела в офис Владимира Путина – и возвращался через несколько минут со свежим списком вопросов.
Самый примечательный момент настал, когда я спросил мнение Пескова о способности интернета снизить коррупцию, одну из серьезнейших проблем в России. Мой собеседник явно отверг идею того, что интернет может хоть как-то использоваться для обличения коррупции и борьбы с ней. Он сказал: «Те, кто работает с интернетом, коррумпированы больше остальных!» Затем поднял ручку, лежавшую перед ним на столе, так, чтобы ее увидели все участники. «Я могу доказать вам, что интернет способен заставить вас забыть, как пользоваться этим предметом, – заявил он, размахивая ручкой перед моими глазами. – Данные исследований показывают, что интернет делает людей умственно отсталыми!» Песков верит, что интернет ведет к снижению словарного запаса и измеримого интеллекта, и эта точка зрения совпадает с официальной позицией российского руководства. Сам Путин называет интернет «специальным проектом ЦРУ». Говорят, что он никогда в жизни не отправил ни одного электронного письма[77].
Когда мы выходили со встречи с Песковым, одна из его помощниц, женщина с ярко-красными волосами, засыпала меня и моего помощника Бена Скотта вопросами о нашей работе – о том, что мы делаем, сколько у нас в команде человек и чем мы занимаемся. При этом она хотела узнать все в таких деталях, что это вызвало у нас смех. В какой-то момент она даже не хотела открывать нам дверь, пока мы не скажем ей, сколько человек работает в моем офисе. Примерно таким образом российское правительство ведет свои дела и управляет политикой, обществом и экономикой в настоящее время.
С момента своего прихода к власти в 1999 году Путин установил контроль над медиа, фактически устранил свободу ассоциаций и собраний, поручил контроль над экономикой своим соратникам и сконцентрировал власть в своей администрации. Его политика продолжает многовековую российскую историю автократического лидерства. Россия страдала от довольно шизофренических отношений с внешним миром. Стремление к контролю со стороны верхов всегда противоречило требованиям большей открытости. Хотя такие правители, как Петр I, Екатерина Великая и Михаил Горбачев, хотели открыть Россию для нового мышления и новых принципов ведения бизнеса, большинство царей и советских премьер-министров, а теперь и Путин стремились установить контроль не только над российской политикой, но и над российским обществом, российской экономикой и мыслями жителей России. Возникновение Путина, бывшего сотрудника КГБ, вполне симптоматично для этой тенденции в российской истории.
