– То, что слышали. Я им ничего не сказал. Одно я усвоил у своего старика, да упокой Господь его душу. Никогда не отвечай на вопросы копов. Даже если ты стопроцентно невиновен. Никому еще не удавалось исправить ситуацию беседой с полицейскими.
– Но вы могли объяснить им, что же на самом деле произошло.
– Меня это не заботило.
– Но разве ваше молчание не вызвало у полиции подозрений, что вы как-то причастны к этому исчезновению? Ваш отказ говорить?
– Возможно. Но они не могут осудить, исходя из одного подозрения. Им нужны улики. А таковых у них не было. В противном случае я бы вряд ли сейчас сидел с вами и мило беседовал.
Я отпил глоток кофе и воскликнул:
– Вау! Отличный кофе! – Это была чистая правда.
– Спасибо, – ответил Винс. – Теперь я могу быть с вами откровенным, не рискуя своим скальпом?
– Не думаю, что у вас есть основания для беспокойства.
– Я тогда расстроился. Что не смог ничем помочь Синтии. Потому что она… Я не хочу вас обидеть, вы ведь ее муж.
– Все в порядке.
– Она была очень, очень милой девушкой. Немного сумасбродной, как все в этом возрасте, но никакого сравнения со мной. У меня уже имелись неприятности с полицией. Думаю, в тот период ее как раз влекло к плохим парням. До того как она познакомилась с вами. – Это прозвучало так, будто она снизила планку. – Не обижайтесь.
– Я и не обижаюсь.
– Синтия была славной, и я расстроился, что из-за меня она попала в такую передрягу. Господи, только представить себе, что просыпаешься утром, а всю твою гребаную семью как корова языком слизнула. И мне хотелось как-то ей помочь, понимаете? Что-то для нее сделать. Но мой отец сказал: «Не связывайся с этой девицей. Тебе такие проблемы без надобности. Копы и так будут к тебе присматриваться, учитывая семью, в которой ты родился. Нам этого по уши хватит и без девицы, чьих родных, возможно, замочили».
– Наверное, это объяснимо. – Я аккуратно подбирал слова. – У вашего отца дела шли хорошо, я верно понял?
– В смысле денег?
– Да.
– Верно. Он справлялся. Пока мог. Прежде чем его убили.
– Я слышал об этом.
– Что еще вы слышали?
– Что люди, скорее всего в этом виноватые, получили свое.
Винс мрачно улыбнулся:
– Это точно. А почему вы спросили про деньги?
– Как вы думаете, не мог ваш отец сочувствовать Синтии? До такой степени, что оплатил ее образование?
– Что?
– Я только спрашиваю. Как вы думаете, он не считал, будто вы в чем-то виноваты и имеете отношение к исчезновению ее семьи, и поэтому давал деньги Тесс Берман, тете Синтии, чтобы платить за ее обучение?
Винс смотрел на меня так, словно я с дуба рухнул.
– Вы вроде учитель? Неужели людям с мозгами набекрень разрешают преподавать в школе?
– Вы могли просто сказать «нет».
– Нет.
Я все еще сомневался, стоит ли делиться с ним этой информацией, но действовал уже по наитию:
– Тем не менее кто-то это делал.
– Честно? – удивился Винс. – Кто-то давал деньги ее тетке, чтобы платить за учебу?
– Да.
– И неизвестно, кто именно?
– Так точно.
– Дичь какая-то, – сказал он. – И эта тетка, значит, умерла?
– Да.
Винс Флеминг откинулся на стуле, посмотрел на потолок, затем снова наклонился вперед и поставил локти на стол.
– Ладно, расскажу вам кое-что, – вздохнул он. – Но вы не должны ничего передавать копам, а если это сделаете, я буду утверждать, что никогда не говорил ничего подобного, ведь они могут использовать это против меня, гады ползучие.
– Договорились.
– Может, если бы я им все сказал, это бы не обернулось против меня, но я не мог рисковать. Не мог признаться, где был в то время, хотя это могло здорово помочь Синтии. Я догадывался, что в какой-то момент копы могли заподозрить ее в причастности к убийству своей семьи, хотя сам прекрасно знал, что она на такое не способна. Я не хотел в это дело впутываться.
У меня пересохло во рту.
– Я буду благодарен за все, что вы сможете мне рассказать.
– В ту ночь, – начал он, на секунду прикрывая глаза, словно пытался увидеть давнюю картинку, – после того как ее старик нашел нас в машине и увез Синтию домой, я поехал за ними. Не то чтобы преследовал, просто хотел узнать, здорово ли она влипла, думал, смогу услышать, будет ли орать на нее отец, ну и всякое такое. Но я находился далеко, мало что видел.
Я ждал.
– Я видел, как они подъехали к дому и вместе вошли. Ее слегка качало, она прилично выпила, мы оба выпили, но я к тому времени уже здорово научился поддавать. – Он ухмыльнулся. – Я из ранних.
Я чувствовал, что Винс ведет к чему-то важному, и не хотел задерживать его своими глупыми комментариями.
– Короче, – продолжил он, – я припарковался в конце улицы, думал, может, она снова выйдет, когда родители ее достанут. Ну, вы понимаете, она разозлится и выскочит, а я подъеду и подберу ее. Но ничего такого не случилось. И немного погодя мимо меня проехала другая машина, очень медленно, будто кто-то пытался разглядеть номера домов, понимаете?
– Да.
– Я сначала не обратил на нее внимания. Но она доехала до конца улицы, развернулась и припарковалась на другой стороне, недалеко от дома Синтии.
– Вы видели, кто в ней сидит? И что это за машина?
