– Какое-то среднее дерьмо, «эмбассадор», «рибел» или что-то в этом роде. Похоже, синяя. Мне показалось, что в ней сидит один человек. Точно не скажу, но скорее всего женщина. Не спрашивайте меня, почему я так решил, но такое у меня было чувство.
– Женщина припарковалась напротив дома. Следила за ним?
– Вроде бы. И еще я помню, что у машины были не коннектикутские номерные знаки. Штат Нью-Йорк скорее всего, кажется, тогда они были оранжевыми. Но, черт, их тогда кругом было полно.
– И долго стояла там эта машина?
– Ну, не очень. Потом миссис Бидж и Тодд… ведь так звали брата?
Я кивнул.
– Они вышли, сели в желтый «форд» и уехали.
– Вдвоем? Отца, Клейтона, с ними не было?
– Нет. Только мать и Тодд. Он сел на пассажирское сиденье, я не думаю, что у него были тогда права, но точно не знаю. Они куда-то уехали. И как только свернули за угол, зажглись фары на синей машине, и она поехала следом.
– А вы что сделали?
– Остался сидеть. Что еще я мог сделать?
– Но ведь та, другая машина, синяя, поехала за матерью и братом Синтии?
Винс взглянул на меня:
– Я непонятно говорю, слишком быстро?
– Нет-нет, просто дело в том, что за двадцать пять лет Синтия об этом ни разу не слышала.
– Тем не менее я это видел.
– Что-нибудь еще?
– Помнится, я просидел там довольно долго, минут сорок пять, и уже собрался уматывать к такой-то матери, как неожиданно входная дверь распахнулась и выбежал этот папаша, Клейтон, причем так торопился, будто ему поджаривали задницу. Вскочил в машину и умчался.
Я пытался освоить новую информацию.
– Итак, я ведь складывать умею, верно? Все уехали, кроме Синтии. Тогда я подъехал, постучал в дверь, подумал, что могу с ней поговорить. Наверное, с полдюжины раз постучал, громко, но никто не отозвался. Тогда я решил, что она напрочь отключилась, правильно? Ну, и поехал домой.
– Кто-то там был, – заметил я. – Следил за домом.
– Ага. Не только я.
– И вы никогда никому об этом не говорили? Не сказали копам. Но не сказали и Синтии.
– Нет. Вы думаете, стоило рассказать копам, что я в ту ночь сидел у этого дома?
Я выглянул в окно на бухту, на остров Чарлза, как будто ответы, которые все время искали и я, и Синтия, находились за горизонтом и были недосягаемы.
– Тогда почему вы мне рассказываете? – спросил я Винса.
Тот потер подбородок, ущипнул себя за нос.
– Черт, даже не знаю. Наверное, все эти годы Син приходилось нелегко, верно?
Для меня это прозвучало как пощечина – оказывается, Винс называл Синтию тем же ласковым именем.
– Да, – подтвердил я, – очень нелегко. Особенно в последнее время.
– И почему она исчезла?
– Мы поругались. И она напугана. События последних недель, тот факт, что полиция не полностью ей доверяет. Она боится за дочь. Позавчера кто-то стоял на другой стороне улицы и наблюдал за домом. Ее тетя погибла. Убили детектива, которого мы наняли.
– Гм-м, – задумался Винс. – Чертовски запутано. Мне бы хотелось как-то помочь.
Мы оба вздрогнули, когда открылась дверь. Мы не слышали, чтобы кто-то поднимался по лестнице. Это снова была Джейн.
– Черт побери, Винс, ты собираешься помочь этому бедняге или нет?
– Где ты была? – спросил он. – Все это время подслушивала?
– Так ведь эта проклятая дверь сетчатая, – объяснила Джейн. – Не хочешь, чтобы тебя слушали, построй тут себе стальной сейф, как в банке.
– Черт побери, – сказал он.
– Так ты ему поможешь? Ведь ты не так уж занят. И у тебя есть эти три мордоворота на всякий случай.
Винс устало взглянул на меня:
– Ладно, могу я вам чем-нибудь помочь?
Джейн наблюдала за ним, сложив на груди руки.
Я не представлял, с чем придется столкнуться, и не мог предсказать, понадобится ли мне такая помощь, какую способен предложить Винс. Хотя он и оставил попытки повыдергать мои волосы, я все еще его побаивался.
– Не знаю, – ответил я.
– Может, мне какое-то время подержаться поблизости, посмотреть, что случится, – предложил он. – Вы ведь сомневаетесь, доверять мне или нет, так?
Я подумал, что он поймет, если я совру, и утвердительно кивнул.
– Это правильно, – похвалил он меня.
– Значит, ты ему поможешь, – констатировала Джейн и повернулась ко мне: – А вы поскорее возвращайтесь в школу. – Она ушла, и на этот раз мы услышали ее шаги по ступенькам.
– Она держит меня в ежовых рукавицах, – признался Винс.
Я не придумал ничего более умного, как вернуться домой и проверить, не позвонила ли Синтия или кто-то еще. Не застав меня дома, она наверняка позвонила бы мне на мобильный, но я уже начинал впадать в отчаяние.
Винс Флеминг отпустил своих охламонов с джипом и предложил довезти меня до моей машины на своем автомобиле, которым оказался довольно устрашающий «додж». Мой дом находился между мастерской и «Данкин донатс», где я оставил машину, и я спросил у Винса, не возражает ли он, если по пути я проверю, не вернулась ли Синтия или заезжала и оставила записку.
– Конечно, – согласился он, когда мы садились в его «додж», стоявший у тротуара в Восточном Бродвее.
– Сколько живу в Милфорде, всегда мечтал купить здесь дом, – поделился я.
– Я все время тут жил, – сказал Винс. – А вы?
– Я не здесь вырос.
