– Не преувеличивай, – поморщился Джонатан. – Монстром она стала задолго до моего вмешательства, в день, когда впервые обернулась в пантеру. Но я не понимаю, что за истерика на пустом месте? Не ты ли всегда утверждала, что измененные не заслуживают называться людьми? Я дал им шанс искупить вину, стереть с себя эту грязь. Хотя погоди! Неужели ты так нервничаешь из-за нашей гостьи? Боишься, что она неправильно тебя поймет?
– Шана тут ни при чем, – тотчас огрызнулась Ллойс и всем стало понятно – еще как при чем. Джонатан сам загнал себя в ловушку, недооценив их дружбу. Не угрожай он Шане, Ллойс по-прежнему была бы ему предана.
Вот только оставалось одно «но», и ученый тоже прекрасно это понимал.
– Будем честны, ты не сможешь меня убить. Я вытащил тебя с самого дна и сделал той, кто ты есть. – Джонатан шагнул ей навстречу. Оружие в руках феи плясало так, что Винтер опасался – она случайно нажмет спусковой крючок. И куда полетит пуля, останется только гадать.
Но Ллойс не стреляла, а Джонатан подходил всё ближе, и с каждым шагом его улыбка становилась шире.
– Да что ж заклинило-то! – с досадой треснула Шана по креслу, и ремни наконец ослабли.
В тот же момент ученый метнулся к Ллойс. Отбирай он оружие у обычной девушки, справился бы без проблем, но Ллойс, хотела она того или нет, была феей. Винтер успел высвободиться и спрятать Шану за спину, когда громыхнул выстрел. Пуля просвистела в дюйме от головы и попала в шкаф, и вместе с грохотом осыпавшегося стекла взвыла сирена.
– Внимание, тревога! Проникновение в здание. Внимание, тревога! – завел бездушный голос. На вспыхнувшей голограмме по центру комнаты отразилась наружная камера наблюдения. Охранники Бионик (их легко было узнать по форме) не стали подбирать пароль, а просто выломали дверь и ворвались в центр.
Быстрее, чем на учениях, – промелькнула далекая мысль, и Винтер столкнулся с полным ненависти взглядом.
– Это всё ты! – зарычал Джонатан.
– Не приписывайте мне свои заслуги, – открестился от подобной чести дракон. – Я не виноват, что мой дед параноик, особенно в отношении любимого внука. Большая кровопотеря фиксируется встроенным под кожу датчиком, и мое местоположение тотчас отправляется председателю. – Он потер и шею тоже, ощущая под пальцами легкую вибрацию. – Уверен, что полиция будет здесь с минуты на минуту. Так что вам лучше сдаться, мистер Эванс.
– Сдаться? Ха! Ха-ха-ха!
Джонатан запрокинул голову и рассмеялся. Его смех походил на хохот сумасшедшего. Честно признаться, Винтер не был уверен в его адекватности с того момента, как узнал об экспериментах. Одно дело – искать средство от изменения (чего скрывать, каждый уважающий себя ученый хоть раз да пытался что-то сделать в этом направлении), и совсем другое – вводить сомнительное лекарство испытуемым.
Пообещать исцеление, а вместо этого превратить в монстра. Пусть Джонатан не был измененным, это не меняло его сути. Только настоящее чудовище было способно на подобное!
Ученый оборвал смех и, словно только заметив пистолет в своей руке, наставил его на Винтера.
– Пойдешь со мной. Посмотрим, решится ли председатель пожертвовать своим внуком ради того, чтобы меня схватить. А ты…
Что надо делать Шане, он договорить не успел. Ллойс подкралась со спины, сжимая подобранный шприц, и всадила в него со всей силы.
– Ах ты… Дрянь!
Джонатан резко вытащил шприц, но тот оказался пуст. Зрачки ученого расширились, слова проглотил рык. Мужчина задергался, кожа пошла буграми и стала лопаться, выпуская вместо себя прочную чешую. Ллойс взвизгнула и отскочила назад, но недостаточно проворно – длинный черный хвост успел распороть ее ногу, оставив длинный кровавый росчерк.
Там, где еще минуту назад стоял человек, появился монстр. Он бил хвостом, скрежетал когтями, раздирая плиты, и низко рычал. Если в нем и оставалось что-то человеческое, оно было спрятано глубоко внутри.
Что ж, в одном Джонатан не ошибся – препарат определенно стал более действенным.
– Шана, отходи к стене, медленно, без резких движений, – почти не шевеля губами, попросил Винтер.
В этот момент монстр прыгнул. Человека он разодрал бы в клочья, но Винтер тоже менялся: плотная чешуя, подавшаяся вперед челюсть, рот, заполненный клыками. Таблетка замедлила изменение, но, похоже, многолетний прием препарата вызвал привыкание и ослабил его действие.
Удар приняла на себя когтистая рука, а очередной костюм лоскутами разлетелся в воздухе. Сцепившись в схватке, два чудовища покатились по полу.
***
Охранники Бионик опоздали на минуту. Столько, а может, даже меньше, потребовалось дракону и зверю, чтобы разнести лабораторию. Столы, стулья, шкафы, не говоря уже о многочисленных ретортах. Феи прижались к стене, чтобы их случайно не раздавили или не задели в драке, пока противники крушили всё вокруг.
– Не двигаться! Оружие на пол! – рявкнул один из охранников, невольно привлекая внимание.
