Он выглядит смягчившимся, как будто испытал облегчение, узнав, что Винни слышала только это. Да он явно рад, что она быстро ушла.
Это отзывается в ее сердце уколом.
– Пошли дальше. – Джей поворачивается спиной к водопаду и направляется в лес.
Винни остается только догонять.
Хотя они снова углубляются в чащу, Винни чувствует, что они обходят Большое озеро по кругу. Сквозь деревья то и дело поблескивает темная поверхность воды: раскинувшаяся вширь, протянувшаяся вдаль, спокойная и опасная. Однажды ей пришлось выволакивать из озера труп келпи, и ей показалось, что озеро – какая-то разумная форма жизни. Она знает, что дух, обитающий в лесу, на самом деле присутствует во всем, но только в озере она чувствует его по-настоящему живым. Будто озеро способно изрыгать кошмаров даже при свете дня.
К счастью, Джей ведет ее не туда. Вместо этого он круто поворачивает на запад и приводит ее к какому-то ручейку. Деревья обступили его так плотно и сжали так тесно, что Винни не слышит журчания до тех пор, пока они с Джеем не подходят к самому берегу. Это совсем маленький ручеек, очевидно питаемый лишь дождевой водой. Джей без всякого труда перепрыгивает на другой берег, и Винни с ужасом догадывается, что вот она – бегущая проточная вода, о которой он говорил.
– Это кошмар не остановит. – Она таращится на тоненькую струйку прозрачной воды, которая заполняет канавку шириной самое большее три фута. – Эта вода, по-твоему, бежит? Она максимум ползет. Ползучая вода!
Джей, по крайней мере, выглядит пристыженным.
– Ну, летом ручей становится полноводнее. Но справедливости ради, – быстро добавляет он, не давая Винни дойти до откровенного стеба, – бо́льшую часть кошмаров он все же останавливает. На этом клочке земли туман даже не поднимается.
Он нагибается через канавку и протягивает ей руку.
Но Винни справляется сама. Ручей настолько мал, что она легко перемахивает на ту сторону даже при всей боли в мышцах. Ее сапоги погружаются в мягкую почву, и она плетется за Джеем. Оказывается, это остров. Ручей раздваивается слева, в двадцати шагах, заключая землю в объятия жалких струек, которые того и гляди иссякнут. Справа, еще в двадцати шагах, струйки воссоединяются. Весь остров принадлежит одинокой тсуге.
– Если сможешь добраться сюда раньше, чем поднимется туман, – объясняет Джей, – и залезть на это дерево, думаю, до конца ночи ты будешь в безопасности. Здесь кошмары не образуются, а с той стороны им не даст перебраться даже такая… подвижная вода.
Винни срывает с себя очки, ищет рукав, чтобы лихорадочно их протереть… и вдруг обнаруживает, что чешуйки брони для этого совершенно не годятся. Джей тоже это замечает. Легким движением плеч он выскальзывает из толстовки и протягивает ее Винни. Винни хватает ее и принимается тереть очки.
Затем начинает ходить туда-сюда.
– Насколько мы далеко от места высадки?
– Что-то около мили.
– Около – это чуть меньше или чуть больше? – Она бросает на него свирепый взгляд, топая мимо. – У меня каждая секунда будет на счету.
Он пожимает плечами:
– Чуть больше.
– Черт! – Она ускоряет шаг. Очки уже чистые, но пальцы продолжают их тереть, не в силах остановиться.
«Я погибла, – думает она. – О чем я, черт возьми, думала?»
– То есть мне надо пробежать больше мили в темноте, понимая, что туман поднимется с минуты на минуту, чтобы… чтобы… – Она подходит вплотную к тсуге и, щурясь, смотрит вверх. Даже нижние ветки растут на недосягаемой высоте. – Чтобы простоять всю ночь под деревом?
Ее голос срывается на визг от паники и злости.
Злится она не на Джея, хотя он точно принимает это на свой счет. Скорее на саму себя. Потому что, ну правда: о чем она, черт возьми, думала? Да, теперь у нее отменная броня и поясная сумка, полная ножей, но она по-прежнему не представляет, что будет делать, оставшись один на один с лесом.
«Я погибла».
Дыхание Винни становится частым и поверхностным. Она сжимает очки, завернутые в толстовку Джея так, что чувствует сопротивление оправы через ткань.
Джей бросается перед ней на колени.
– Эй. – Он бережно обхватывает ладонью ее кулак, который вот-вот раздавит очки. – Мы потренируемся, ладно? Пробежим от места высадки до острова, а потом я научу тебя залезать на дерево. Это проще, чем кажется. Одна из веток достаточно крепкая, чтобы выдержать тебя до утра.
Он вытягивает худи и очки из ее сжатых пальцев. Его глаза почему-то больше не кажутся серыми. Они стали цвета тсуги, скрипящей за его спиной. Цвета резвящегося ручейка. Цвета водопада, с ревом разбивающегося вдребезги о твердую землю внизу.
– Ты не такая слабая, как ты думаешь, Вин, – продолжает он. – Твои утренние пробежки по дамбе не прошли даром.
Он силится улыбнуться, и, хотя Винни знает, что он просто накачивает ее горячим бесполезным воздухом, она удивлена: оказывается, он замечал, как она бегает по утрам.
