Под старыми рисунками Винни обнаруживает фотографии. Настоящие, из тех времен, когда вместо телефонов еще часто использовали фотоаппараты, а вместо облака – пленку. На снимках – мама и папа, ненамного старше, чем Винни сейчас. Как и Дэриан, мама на год уезжала в Университет Херитедж. Ее мать, бабушка Вайнона, погибла, сражаясь со стаей геллионов, сбежавшей из леса. Мама была так раздавлена, что резко отказалась от всего связанного с охотниками и светочами как таковыми. И Совет выдал ей разрешение на отъезд, сопровождаемое обычными предписаниями: «Ни с кем не говорить о лесе, никогда не упоминать светочей».
Однако в отлучке мама, как и Дэриан в свое время, осознала, что ее место в Цугута-фоллз и охота у нее в крови. Она скучала по лесу, несмотря на то, как много он у нее забрал. Но в тот год она как раз встретила Брайанта, выпускника факультета ландшафтного дизайна. Он был старше на четыре года и почти закончил магистратуру. Он умолял Фрэн не бросать его, когда она уезжала домой, и они каким-то образом тайно встречались, пока он доучивался. А потом мама привезла его в Цугута-фоллз, где, как и любой чужак, он подвергся тщательной проверке клана Средансов, прежде чем его приняли в городе.
На первом фото, оказавшемся перед Винни, у папы крайне неудачные усы и бакенбарды и широкая улыбка счастливейшего человека на свете. Он держит под руку маму, которая тут намного моложе, чем сейчас. Мама прислоняется к нему, и вид у нее спокойный: она в безопасности. Винни уже забыла, что мама может быть настолько расслабленной. Должно быть, снимок сделан за пределами Цугута-фоллз: за спиной у родителей незнакомое здание.
Винни шмыгает носом и вытирает сопли платком из кармана. Следующее фото. Тут папа и мама уже на фоне этого дома. Мама держит руки на животике, хотя животика еще толком не видно. А дом выглядит намного лучше, чем сейчас.
Да и мама тоже. Она улыбается. И папа улыбается. Счастливые, благостные и влюбленные. Разве этот человек похож на тайного врага? Разве этот человек может замышлять предательство своей семьи и кражу секретов светочей для дианов? Этот человек получил одобрение Средансов и готовится стать папой.
Внезапно Винни перестает понимать, зачем сюда полезла. Она бросает фотокарточку обратно на стопку и берет крышку, чтобы закрыть коробку, но тут замечает что-то под фотографиями. Это не цветочный рисунок и не снимок, это конверт. Красный, как тот, что пришел в ее день рождения.
Винни снова шмыгает носом. Она трет глаза. Потом отодвигает фотографии в сторону. Сомнений быть не может: это та самая открытка. Копнув глубже, Винни понимает, что таких конвертов тут восемь. Четыре адресованы ей, четыре – Дэриану. По одной за каждый год папиного отсутствия.
А Винни-то думала, что мама относит их в Совет.
«Погоди, погоди, – говорит она себе. – Ты же видела, как мама уходит. Получается, она отдавала их Совету, но те их по какой-то причине вернули».
Но когда Винни дрожащими руками возвращает открытки в обувной ящик, она осознает очевидный факт: все конверты, кроме одного, не распечатаны. Мама никогда их не отдавала. А если она скрывала их год за годом… не только от Совета, но даже от самих Винни и Дэриана… что еще она может скрывать?
Под стук собственных зубов Винни извлекает открытку из конверта. Открытка простая, белая. И Винни читает то, что написано папиным печатным почерком с беспорядочно разбросанными точками над «ё»:
Винни мгновенно догадывается: это секретный шифр. «С 1-3-М» – это из игр, в которые они играли. Конкретно эта – разновидность «охоты на мусор»: они оставляли друг другу послания в книгах в исторической библиотеке Понедельниксов. Должно быть, папа оставил ей сообщение, полагая, что она прочтет эту открытку тогда, четыре года назад, и с тех пор это скрытое послание сидело в какой-то книге, где на него мог наткнуться кто угодно.
И не исключено, что кто-то уже наткнулся.
От этой мысли ей становится нехорошо. Словно сердце слишком сильно бьется о ребра. Она должна пойти и проверить, сохранилось ли папино послание. Потом уничтожить его, что бы там ни было. А еще надо прочитать остальные открытки, чтобы убедиться, что они не указывают на еще какие-нибудь сообщения, распиханные по книгам, которые могут попасть к любому светочу.
