Теперь к ним через весь зал шагает Лейла Среданс, мама Фатимы и лидер клана. Она покинула свое обычное место у камина, и весь клан расступается перед ней. Лейлу Винни не видела четыре года. Даже издалека. Невероятно: эта женщина ни капельки не состарилась. Она ослепительна в своем сиреневом хиджабе, дополняющем темно-синий свитер и широкие брюки. Рядом с ней вприпрыжку идет Фатима, одетая более сдержанно: серый наряд и хиджаб с розами.
– Фрэн, – говорит Лейла, раскрывая руки навстречу маме. Ее улыбка яркая и глубокая, с лучиками морщинок вокруг карих глаз. На запястьях позвякивают браслеты. – Рада тебя здесь видеть. Мы все рады.
Все стоящие рядом Средансы поддакивают, и Винни видит, что у каждого бокал шампанского (у Лейлы, скорее всего, безалкогольное). Взгляд Лейлы перекочевывает на Винни, и ее улыбка становится еще шире, открывая безупречные зубы. – А вот и королева сегодняшнего бала! Вместе с нашими именинницами, конечно.
Некоторые смеются, и в этом смехе Винни различает хихиканье близняшек, болтающих с кем-то у камина.
– Ты явила нам невиданный пример преданности, – объявляет Лейла и подходит к Винни, окутывая ее своим ароматом – гардений и власти. Лейла обхватывает ее плечи руками.
А Фатима ободряюще подмигивает.
– Тост за Винни Среданс. Да будет каждый из нас храбр и предан делу, как она! – Лейла поднимает бокал, и все в зале повторяют за ней.
– Ура! Ура! – восклицают они. Или: – За Винни!
Или, в случае Маркуса, «вуп-вуп!».
Бокалы поднимаются, глотки глотают, и, словно дождь из тучи, вырывается на свободу беседа, пузырясь шампанским и звуча все громче и веселее.
– Садись за мой столик, – приглашает Лейла, легонько похлопывая Винни по плечу, прежде чем отойти. Потом добавляет, обращаясь к маме и Дэриану: – И вы двое тоже. Нам столько нужно наверстать.
Пиршество движется от блюда к блюду, зал вибрирует от разговоров и отблесков камина, а Винни замечает, что мама и Дэриан мучаются. И все из-за того контраста, который так разозлил маму в субботу, который возмущает и саму Винни. Все ведут себя так, словно Винни, Дэриан и мама просто уезжали ненадолго – в заграничный отпуск, мир посмотреть, а теперь вернулись домой, словно какие-то сетевики – граждане мира. Словно Фрэн не носила им добавку кетчупа в «Неупокоенной дочери». Словно Дэриан не варил кофе Драйдену Субботону и не вытирал пыль с его стола. Словно Винни не собирала трупы каждый четверг, когда охотники-Средансы обращались с ней как с пустым местом.
Но у мамы и Дэриана, в отличие от Винни, есть преимущество: шампанское смягчает их дискомфорт и сглаживает лицемерие светской беседы и звона столового серебра. Тем временем Винни просто жует мясо: она знает, что стейк шикарен, но ей кусок в горло не лезет.
Нет, она, конечно, улыбается, когда с ней заговаривают. И смеется (от души) над рассказами Фатимы о всяких приколах на тренировках прошлой недели. И ей даже удается увильнуть от рассказа о том, как она убила банши. Тут она уступила инициативу Фатиме, которая чуть ли не подпрыгивала на стуле от желания поделиться своими новостями.
Вечер кажется бесконечным, и, когда разные часы по всему дому наконец бьют восемь и все охотники поднимаются из-за столов и идут готовиться к лесному дежурству, Винни радуется возможности отдышаться.
Уже скоро ей надлежит явиться на вечеринку близняшек (в задние окна можно наблюдать за приготовлениями – гирлянды смотрятся волшебно). Но у нее есть оправдание, чтобы отлучиться: пьяненьких маму и Дэриана надо отвезти домой.
А вытащить их из усадьбы – та еще задачка. Они все время хихикают, а маму тянет со всеми поговорить. Винни было бы стыдно за болтливость матери, но, похоже, все искренне разделяют ее желание общаться. И с мамой, и с Дэрианом, и с самой Винни. От этого ей хочется закричать на них, как она кричала на Лиззи: «Мы же всегда были здесь! Вы могли разговаривать с нами в любое время!»
Винни тратит почти двадцать минут от оставшегося до вечеринки времени на то, чтобы пристегнуть маму и Дэриана к сиденьям вольво.
Хорошо еще, что Цугута-фоллз – городок маленький. Даже если тащиться на первой передаче со скоростью пятнадцать миль в час, Винни должна вернуться вовремя.
Пока она пытается доехать до центра, чтобы высадить Дэриана, их обгоняют три машины. Третья гудит.
– Да пошел ты, приятель! – Мама пытается показать тот самый жест, но путает пальцы, агрессивно демонстрируя безымянный. – Хотим ехать медленно – и едем. Но вообще-то, Винни… – Мама поворачивается к дочери и серьезно замечает: – Мы едем очень медленно.
– Очень медленно, – поддакивает Дэриан с заднего сиденья.
– Да я в курсе, – отвечает Винни, вцепившись в руль до боли в суставах. – Но вы меня еще не научили переключать передачи.
– Я же учила, – мама делает задумчивое лицо, – недели две назад. Или три. Когда-то ведь учила! Все так же, как при включении первой. Главное – понежнее со сцеплением.
– И совсем не так же, мама. Потому что сейчас я в движении и могу заглохнуть. Так что, если кто-то из вас хочет попасть сегодня домой, мы остаемся на первой передаче.
Мама хихикает:
– Вот умора.
