Бежать было некуда. Французы не собирались выполнять свои обязательства по союзному договору с Чехословакией, но и отказываться от них не хотели. Слабость заразительна. Франция потянула за собой Британию. Великобритания была максимально далека от чешских дел; однако ей пришлось взять инициативу на себя. Напрямую атаковать союзы с Чехословакией британцы не могли; следовательно, они должны были «решить» судетский вопрос – как именно, не имело значения, лишь бы не случилось войны. Французы ухватились за эту идею, ведь ответственность безоговорочно снималась с их плеч. Чехи проявляли меньше энтузиазма. Бенеш стремился представить вопрос как конфликт между Чехословакией и Германией; британское предложение вновь переформулировало его как конфликт между судетскими немцами и правительством Чехословакии. Чехов в очередной раз соблазнили призрачной надеждой на британскую поддержку. Галифакс писал: «Если бы чехословацкое правительство заставило себя обратиться к нам за помощью в этом вопросе, это, несомненно, произвело бы благоприятное воздействие на общественное мнение Британии»{32}. И снова Бенеш уступил. Добиться поддержки Британии оказалось сложнее, чем он надеялся; но он все же полагал, что при разумном подходе и воле к примирению ее в конце концов можно будет получить. 26 июля Чемберлен смог объявить в палате общин, что «в ответ на просьбу правительства Чехословакии» в Прагу в качестве посредника едет лорд Ренсимен. Вытянуть эту «просьбу» из чехословацкого правительства было труднее, чем зуб из челюсти. Ренсимена, бывшего министра торговли, предположительно выбрали за его умение улаживать конфликты между работодателями и профсоюзами, но, вероятно, скорее за невежество в обсуждаемых вопросах. Сначала он был либералом, сторонником Асквита и свободы торговли, а потом национальным либералом, ратовавшим за протекционизм, – на такого человека можно было положиться при необходимости выработать «мягкое» решение. В Прагу он отправился как частное лицо, а не в качестве представителя своего правительства. Галифаксу он сказал так: «Вы бросаете меня дрейфовать в маленькой лодке посреди Атлантики». По этой фразе можно понять, что Ренсимен родился в семье судовладельца; на самом деле он отправлялся в лишенное выхода к морю государство посреди Европы.