Помогая черкесам, Россия таким образом приобретала союзников, живущих буквально под самым Крымом и в непосредственной близости от турецких крепостей. После захвата Тамани и Темрюка жанеевские и бесленеевские князья во главе с Сибоком и Машуком были вынуждены покинуть Родину и отправиться в Москву. В том же 1557 г. черкесские отряды отправились вместе с русским в Ливонию, приняв участие в боевых действиях — и каждый раз в передовом полку. Подтверждая обещание о помощи, русские войска несколько раз во второй половине 1550-х годов направлялись на Кавказ, отвлекая силы татар и турок от адыгских земель. В 1555 г. на «крымские улусы» были посланы войска И. В. Шереметьева, чтобы отвлечь от похода на кабардинцев крымского хана, уже переправившегося через Керченский пролив. В 1556 г. хан получил под Азовом известие о появлении отряда Ржевского под Ислам-Керменем на Днепре, что также отвлекло его силы от покорения черкесов. В 1558 г. войска князя Д. Вишневецкого, в составе которых находились адыги, активно действовали против татар в районе Перекопа, наведя страх на жителей ханства. В 1559 г. отряд Д. Адашева и Д. Вишневецкого успешно громил татар в Восточном Крыму. В 1560 г. князья Сибок и Машук были отпущены в Черкесию вместе с отправленным туда Д. Вишневецким. Адыги даже просили дать им этого видного полководца «на государство». Действуя совместно с черкесами, он дважды осаждал Азов, планируя нанести удар по Крыму и центру османского присутствия в нем — Кафе. В начале 1561 г. объединенная русско-адыгская рать достигла Кафы, заставив встревоженных турок направить в регион флот (турки не сумели тогда высадиться в незнакомом месте и позорно отступили).
В дальнейшем, однако, ситуация в Северо-Восточном Причерноморье изменилась в пользу Турции. Во-первых, она заключила в 1555 г. мирный договор с Ираном, что позволило ей усилить здесь свое военное присутствие. Во-вторых, в 1558 г. Россия начала затяжную (1558–1583) и разорительную Ливонскую войну в Прибалтике — и боевые действия на два фронта стали для нее непосильной задачей, чреватой самыми губительными последствиями. Не оправдались надежды царя на военный конфликт польско-литовского короля с крымским ханом. Все более вырисовывалась ненадежность Большой Ногайской орды, часть которой переселилась в Крым в конце 1550-х годов. Наконец, усилилась внешнеполитическая изоляция России. На 1560 год пришлась неудача русской дипломатии по предотвращению вступления в Ливонскую войну Польско-Литовского государства. По сути, все возможности для проведения активной антикрымской политики, включая помощь адыгам, оказались подорванными. В 1561 год операции против Крыма проводились только укрепившимся в Западной Черкесии Д. Вишневецким. Ее значение для Москвы подчеркивалось попыткой женитьбы Ивана IV на дочери князя Сибока в 1560 г., причем царское посольство даже не доехало до места. Вскоре польский король переманил к себе на службу Д. Вишневецкого (1562), а также сыновей князя Сибока, уехавших в Литву в конце 1562 — начале 1563 г. Оборвались в целом связи Москвы с жанеевцами. Понимая, что исходившая от Крыма опасность намного реальнее, нежели московская защита, жанеевский князь Сибок принял к себе (вероятно, как аталык, т. е. воспитатель) крымского царевича Сафа-Гирея, сына калги Магмет-Гирея.
