Международный скандал, вызванный тем, что Олег убил третьего наследника королевства Дастия, быстро сошёл на нет, после того, как первый наследник (жених Евы) подтвердил, что и вызов, и поединок были в рамках правил и традиций благородных разумных, и проводился этот поединок между ними, как между аристократами. Олег отказался принести даже формальные извинения семье убитого. Он упрямо сказал нам с братом: "Она менестрель, как мама, когда этот ублюдок начал её бить, я чувствовал боль от каждого удара, что он ей нанес. Я бы убил его ещё сотню раз и извиняться не буду". Мы посмотрели на него и поняли - нам его ни за что не переубедить, человеческие женщины-менестрели были для моего сына неприкосновенны и почитаемы. К тому же король Дастии в приватной фоновой беседе с Алексом сказал, что смерть племянника, конечно, ужасное горе для семьи, но тут есть и положительные стороны. Например, очень плохое влияние Кирана на Сандера пресечено в корне и теперь, наверное, наследник прислушается к голосу разума и согласится на удаление от двора сестричек-близняшек, которые заляпаны кровью невинных женщин по самые ушки. К тому же мои тени-шпионы подтвердили след Кирана в недавно состоявшемся покушении на Сандера (шрам на лице будет ещё долго напоминать принцу о той ночи, когда он с трудом отбился от нескольких убийц). Думаю, что король Дастии знал это, только не имел нужных доказательств. Да и Ева, когда рассказывала мне о произошедшем, обратила внимание на то, что Киран, скорее всего, выместил на менестреле злобу за то, что Сандер в течение всего вечера проявлял к моей дочери повышенное внимание, а она благосклонно принимала его. Я припомнил, что первые предложения о браке Евы поступили именно от отца Кирана, но были отклонены Алексом, как не соответствующие статусу принцессы Тагоров. Из всех этих данных следовал интересный вопрос - уж не намеревался ли третий наследник стать первым? Мы обсудили это с Алексом и пришли к выводу, что меч Олега избавил наши королевства от множества будущих неприятностей.
Приближается время большого Королевского совета, на котором должны присутствовать властители всех пределов королевства, а это означает, что мои сыновья скоро приедут домой. Олег недавно был в столице, а вот Игоря мы с Евой не видели уже целый год. Как он там, мой весёлый хитрец? Я с радостным предвкушением в душе ждал сыновей домой. Ева по этому поводу даже организовала большую уборку, совсем как при Сольвейг - выросла моя девочка, уже хозяйка большого дома, а скоро станет женой и будущей королевой. Кория, моя фаворитка, в первые годы пыталась подружиться с Евой и как-то помочь ей управляться с домом, но встретила такой отпор и неприязнь, что теперь только изредка осмеливалась появляться у нас. Мне было всё равно - я ведь не собирался жениться на Кории или заводить с ней любовные отношения (более того, мы с братом очень быстро выдали её замуж, чтобы и мыслей таких не возникало), но и дочь я не одобрял - всё же, правила приличий должны соблюдаться. Никогда не забуду, как в первый год её официального статуса, Кория рискнула объявить себя публичной хозяйкой моего дома и попыталась обосноваться в покоях Сольвейг - Ева тогда такое устроила! Как говорит брат, Кория летела из моего дома впереди своего визга и больше никогда не рисковала с такими замыслами, тогда и мне досталось от дочери. Помню, мне было ужасно стыдно от своих нелепых объяснений, что это просто вещи, а не моя детка. "А бассейн?!" - кричала Ева. - "Это мамин бассейн! Если только я увижу хоть какую-нибудь из твоих подстилок поблизости от него, я украду у деда Грома порох и взорву этот дом, так и знай!".
Время бежало неумолимо - наступила летняя сессия. На период экзаменов я прекратила выступления и сосредоточилась на учёбе. Сдала я их все с высшим баллом, и вернулась к своей обычной менестрельской работе. В один из последних жарких дней саорана мне поступил заказ из таверны Рыга - мои орки, как и прежде, были мною, нежно любимы и я никогда не ставила их в общую очередь, хотя они и не относились ко мне, как к Сольвейг. Сольвейг для них умерла, но по утверждению Ирга, я пела похоже на неё (смешной такой), и поэтому они меня звали и просили петь для них. Вот и в этот раз я откликнулась на их приглашение. В таверне всё было, как прежде - Рыг покормил меня своим знаменитым запечённым мясом и подал охлажденного вина, а орки гудели, как шмели, только обсуждали они теперь не луки и арбалеты, а разные марки ружей и сравнивали их убойную силу. Я, молча, прошла на возвышение и тихонько тронула струны, они насторожились, а я, откинув за спину свои рыжие кудри, запела:
