От постели незнакомца не отходила одна из девушек. Она делала ему прохладные компрессы и промывала раны специальным травяным раствором, который взяла из запасов матери. Небольшие царапины почти сразу исчезли, но укус на правом плече был слишком глубоким. Рану следовало зашить, чего девушка не умела.
— Отец, прошу, помоги ему! — она уже не раз обращалась к старику с этой просьбой, но тот был непреклонен.
— Я не верю в случайности, Аганет. Он здесь неспроста. Как он нашёл нас? Как сюда попал?
— Ты сможешь получить ответы, когда он придёт в себя.
— Нет, всё это слишком подозрительно. За всё время, что мы с твоей матерью живём здесь, к нам ещё ни разу не приходили гости из внешнего мира. Хотя многие пытались найти нас, я знаю.
— Но он умрёт, отец! — не унималась Аганет. — Ты просто будешь сидеть и смотреть, как его жизнь медленно угасает?
— Если на то воля богов, так тому и быть.
— Это жестоко!
— Что ты знаешь о жестокости, дитя моё? Там, за пределами нашего маленького оазиса безмятежности, люди гибнут каждый день, предают друг друга, отправляют на верную смерть друзей и пляшут на костях поверженных врагов! Ты родилась и выросла здесь, вдали от всех этих ужасов, поэтому не можешь судить.
— А ты можешь?! Когда ты последний раз общался с людьми? Не могут же все они быть такими плохими. Мир мог измениться…
— Мир никогда не изменится! Суть природы человека в жадности и желании обладать тем, что ему не принадлежит. Я, как и мой отец, дед и прадед, защищаю это место от негодяев, которые губят нашу планету, выжимая из неё все соки. И я не позволю, чтобы из-за твоей слепой доброты всё, чего мы добились за столько лет, рухнуло в один миг!
Девушка отвернулась. Настаивать на своём было бессмысленно.
— Тогда я вылечу его сама! — сказав это, она вышла из родительского дома.
Аганет была младшей в семье. Она не училась целительству, не обладала тайными знаниями и не умела колдовать, но много раз видела, как отец и старшие сёстры лечили себя и других после нападения хищников, которые иногда забредали в их поселение.
Убедившись, что в доме старшей сестры никого нет, она проскочила внутрь, чтобы взять необходимые инструменты.
— Решила ослушаться запрета отца?
Аганет вздрогнула. В дверях появилась высокая стройная девушка с прямыми чёрными волосами.
— Я не могу иначе, Селентия, понимаешь? Не могу!
— Я видела его рану. Ты вряд ли сможешь сделать хоть что-то, лишь доставишь ему ещё больше страданий.
— Прошу, помоги мне! — бросившись к сестре, Аганет вцепилась ей в руку и с мольбой посмотрела в глаза.
— Зачем он тебе? — Селентия взяла её за подбородок, выводя на свет и внимательно вглядываясь в лицо. — В твоих глазах я вижу надежду и желание, которых раньше никогда не было. Или это просто сострадание?
— Я не знаю...
Аганет неопределённо повела плечами, не в состоянии объяснить, почему так хотела помочь незнакомцу. Возможно, потому что он стал первым человеком из внешнего мира, которого она встретила на своём жизненном пути. У неё накопилось столько вопросов к нему, столько всего хотелось узнать! А может, дело было в неком чувстве, которое пробуждалось в её груди всякий раз, когда она оказывалась с ним рядом, прикасалась к влажной коже, приглаживала волосы. Аганет не могла понять, что именно это было: интерес, сочувствие или что-то ещё, чего она ранее не испытывала.
— Хорошо, — решила Селентия, — я помогу его вылечить. Не думаю, что этот несчастный представляет угрозу, во всяком случае, он ещё долго будет прикован к постели, и у нас будет шанс узнать его получше.
Спустя неделю состояние незнакомца значительно улучшилось.
Стараниями Селентии, которая вовремя зашила рану на плече и регулярно меняла повязку, его перестало лихорадить, и он постепенно начал осознавать происходящее вокруг.
Аганет заботливо кормила его с ложки, поила водой и продолжала делать компрессы. Она проводила у его постели по несколько часов каждый день. И вот, в очередной раз закончив все процедуры, девушка сложила грязную посуду на поднос и собиралась уходить, как услышала:
— Thank you! — незнакомец мягко обхватил её запястье, заставляя задержаться. В этом его жесте было что-то интимное, волнующее.
— Я не понимаю твоего языка, — она зарделась, выдернула руку и поспешила отстраниться. К ней ещё ни разу вот так не прикасался мужчина, ведь кроме отца и брата мужчин в поселении не было.
Незнакомец приподнялся на локтях, рискуя разорвать швы, снова поймал её руку и произнёс:
— Activae Lingueca[26]. Теперь лучше?
— Что ты сделал? — Аганет едва не выронила поднос от неожиданности, глаза её округлились.
— Это языковое заклинание, которое позволит нам понимать друг друга. Меня зовут Том, добрая девушка. Я хочу поблагодарить тебя за всё, что ты для меня сделала.
— Ты волшебник? — в глазах Аганет вспыхнул искренний интерес.
— Да. Ты что-нибудь слышала о волшебниках?
— Отец рассказывал, что вас мало и вы обладаете огромной силой, которая недоступна обычным людям.
— Но ведь и вы не совсем обычные люди.
— Нет, мы…
В комнату вошла Селентия.
— Ты понимаешь, что он говорит? — удивилась она.