Ребята не увидели её недоумевающего лица, но услышали раздражённый вздох. Подавив секундную вспышку, в которой смешались разочарование и гнев, она шутливо заметила:
— Не думаю, что магистр Боринг сочтёт сокращение достойной наградой за годы неустанной работы.
— Он подчинится воле ректора.
Не выдержав его отчуждённо-приказного тона, гостья воскликнула:
— Зачем всё это, Даймос? Разве я не была бы куда более полезна на поле боя? Или дело в том, что вы, как и Союз, никогда мне не доверяли? Считаете, мне не хватит здравомыслия, и я слечу с катушек, захочу отомстить?
— Ты вправе отказаться от моего предложения.
Звук резко оборвался. Толстый телефонный провод натянулся и задёргался, как гитарная струна. Друзья в едином порыве прильнули к мраморным перилам, увидев внизу хозяйского грифона, который играл с их хитрым устройством, как большой кот с фантиком от конфеты.
— А ну прекрати, Гиперион! Хватит! Уйди! — Сара попыталась его угомонить, но зверь был слишком увлечён своим занятием. Перекусив провод и зажав трубку в остром клюве, он свернул за угол, скрывшись во мраке длинной картинной галереи с портретами семьи Гриффин.
— Морганова скверна! — выругался Винсент. — Оборвалось на самом интересном месте!
Он уже хотел погнаться за подлым воришкой, но Кэролайн вовремя его удержала: дверь в гостиную распахнулась, и миссис Уэллс, попросив гостей не расходиться в ожидании ужина, поспешила на кухню. Винсент вернул сломанное устройство Каре, та спрятала его в свою поясную сумку, и ребята дружно спустились.
Двойняшки с интересом заглянули в гостиную, но неизвестной гостьи там уже не было.
— Вы не забыли, что должны убраться в комнате Тэна? — напомнила Кэролайн.
— Да-да, уже идём… — с выражением обречённости на лицах они устремились к лестнице.
Кэролайн проводила их добродушно-ироничным взглядом и вернулась к своим размышлениям: «Нет, это не может быть она. Хотя… Да нет, вряд ли…»
— Эй, ты чего такая напряжённая? Всё в порядке? — поинтересовался Винсент.
— Исчезнувшая незнакомка — это Анна Элизабет Лейн, ведущий агент международной сыскной группы Союза Порядка! — на одном дыхании выпалила Кэролайн.
— Что? — Винсент не сдержал смешка. — Та самая Анна Лейн, чьё имя мелькает в заголовках газет со следующим текстом, цитирую: «В Будапеште задержана банда тёмных магов, которые собирались устроить теракт в центре венгерской столицы…» или «Мельбурн освобождён от нашествия оборотней-людоедов…»?
На самом деле он не был отличником и не блистал знаниями на уроках в Альшенс, но о своих кумирах знал буквально всё и не уставал рассуждать на любимые темы.
Кэролайн пожала плечами.
— Ты же сам всё слышал. К тому же она говорила о драконе. Ещё одно совпадение.
— Постойте, подождите, я уже совсем ничего не понимаю! — вмешался Танэрон. — При чём здесь дракон?
— Мисс Лейн летает на синем драконе по кличке Лазурит, он её фамильяр, — объяснила Кэролайн. — Она трудоголик и настоящий профессионал своего дела, а ещё, как говорят, хороший знаток истории. Если она станет нашим преподавателем, может быть, История магии перестанет заменять ученикам тихий час.
— Да, — согласился Винсент. — Но она вряд ли откажется от интересной, полной приключений жизни ради работы в школе.
— Дети, всё готово. У-жи-нать! — по слогам протянула миссис Уэллс.
Она неслась из кухни в гостиную с поднятой рукой и левитирующими подносами, на которых располагались жаркое, хлеб и любимые шоколадные профитроли хозяина.
Так и не успев прийти к согласию относительно своих догадок, ребята, будучи не в состоянии противостоять соблазнительным ароматам, двинулись за ней к столу.
— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, — произнёс ректор Гриффин, склонившись над девушкой. — De flamma in cinerem… Но разве это конец? Отведя взгляд в сторону, она ничего не ответила.
Синий дракон, который заботливо накрывал её огромным крылом, не спускал изучающего взгляда с незнакомца, готовясь в любой момент вступиться за обессилевшую хозяйку.
— Твоя мать погибла чуть меньше месяца назад, — сообщил Даймос, присев на корточки рядом с Анной.
Возможно, было жестоко говорить об этом вот так, без подготовки, особенно учитывая её эмоциональное состояние, но ректор знал о разладе в их семье и тёмных делах Агаты. Он оказался прав: Анна никак не отреагировала на новость, словно ничего не почувствовав. Мать с корнем вырвала из её сердца остатки любви и былого уважения, когда отдала в руки врагов, погрузив в самый страшный кошмар. Более того, Агата могла быть причастна к гибели мужа, ведь только он стоял между безопасностью Анны и планами, которые они с Хьюзом так долго вынашивали.
Прочитав всё это на бескровном лице девушки, проницательный ректор удовлетворённо хмыкнул и продолжил: