Желая утолить любопытство, Людвиг приблизился к таинственному сооружению, обошёл его с восточной стороны и, достигнув входа, заглянул внутрь через ничем не прикрытый, широкий дверной проём. В свете факелов, которые торчали из отверстий в полу, он увидел спящего синего дракона и разбросанные по всему логову обглоданные кости и черепа козлов. «И зачем я только сюда пришёл?! — подумал он, пятясь назад. — Знал ведь, что дракон живёт где-то в лесу».
Людвиг ещё надеялся уйти незамеченным, но было уже поздно. Лазурит давно не спал, учуяв незнакомца ещё когда тот был на подходе к его жилищу.
Несмотря на внушительные размеры, дракон резво вскочил на лапы и подошёл к несчастному Людвигу, который уже был готов сбежать.
— Не двигайся, — услышал он голос позади себя, — позволь ему тебя обнюхать.
Анна остановилась в нескольких футах от них.
Людвиг прислушался к её совету и замер, внимательно наблюдая за всеми последовательными движениями умного зверя. Жадно втягивая ноздрями воздух, Лазурит изучил его с головы до ног, и, как только осмотр подошёл к концу, тут же потерял к нему всякий интерес, переключившись на подошедшую хозяйку.
— Ты ему понравился, — обхватив, подставленную для поглаживания голову, Анна принялась чесать своего питомца за ухом.
— Надеюсь, не в качестве ужина, — Людвиг смотрел на неё со смесью ужаса и восхищения. Она обращалась с устрашающим хищником, как с обыкновенным домашним котом, кем он, по сути, и был для неё.
— Драконы не едят людей, — объяснила Анна. — Наше мясо им не нравится, а для некоторых пород является ядовитым. Но даже если тебя не съедят, всегда могут поджарить, просто так, ради развлечения.
— Спасибо, ты меня успокоила, — закатил он глаза. Людвиг уже понял, что зверь не собирался на него нападать, но последние слова Анны заставили его в этом усомниться. Она явно над ним подтрунивала, но на всякий случай Людвиг всё же решил спрятаться за каменной стеной.
Грохнувшись на пол, Лазурит задрал крыло, предлагая хозяйке разместиться рядом.
— Кэ фэрро, Зури. Сэх ки эрраззо.
Дракон нехотя поднялся, огорчённо пыхнув ноздрями, подошёл к оставленному месту возле огня, потоптался там и лёг.
Анна взяла Людвига за руку и повела его к дороге.
— Что ты ему сказала? — поинтересовался он, всё ещё пребывая в лёгком шоке.
— Что не смогу остаться, что мне нужно идти.
— И он понял, послушался, не стал настаивать на своём. Удивительно!
Анна украдкой поглядывала на друга, наслаждаясь его реакцией.
Когда драконье логово скрылось за деревьями, она внезапно остановилась, зажгла руку и посмотрела на карманный хронометр. Было одиннадцать часов тридцать семь минут ночи.
— Ты не против составить мне компанию?
— Куда ты собралась?
Ничего не отвечая, Анна взмахнула рукой, рисуя в воздухе полукруг. В открывшемся портале замелькали дома и уличные фонари. Она шагнула в него, и Людвиг последовал за ней.
Они оказались посреди пустынной городской улочки, освещённой тусклым мерцанием старых газовых фонарей. Вдоль неё тянулись ларьки со сладостями и продуктовые магазины. Один из них всё ещё работал, и Анна устремилась к нему.
— Я мигом.
Через пять минут она вышла с коробкой песочного печенья в руке и бумажным пакетом, набитым фруктами, который левитировал рядом.
Людвиг, ничего не понимая, молча шёл за ней вглубь квартала, и спустя несколько поворотов они остановились рядом с каким-то двухэтажным зданием. Над входом висела чугунная табличка с надписью: «Сиротский приют “New Dawn”[38]».
Людвиг удивлённо посмотрел на Анну.
— Ты помогаешь приюту?
— Да, и не одному.
— Кажется, в газетах об этом не писали.
— Я не хочу превращать благотворительность в рекламную кампанию.
— Зачем ты привела меня сюда? — он уже и так всё понял, но почему-то желал, чтобы она ему объяснила.
— Хочу показать, что любую свою беду можно обратить во благо.
После потери дочери долгое время я ощущала пустоту внутри, испытывала непреодолимую нужду о ком-то заботиться и, в конце концов, решила спонсировать приюты. Мои предки продавали драгоценную скорлупу яиц своих драконов, благодаря чему мы стали одной из самых богатых семей волшебников в Европе. И вот теперь эти деньги впервые за долгое время служат доброму делу.
Глаза наполнились слезами, и, не выдержав нахлынувших эмоций, Людвиг отвернулся. Он был сиротой и вырос в приюте, поэтому не понаслышке знал обо всех трудностях и лишениях, с которыми приходится сталкиваться детям в таких местах.
— Леди Лейн, это вы?!
Дверь дома распахнулась. На улицу вышла пожилая женщина в мешковатом халате. Рядом с ней парила свеча.
— Здравствуйте, Моника, — Анна приблизилась к ней и тепло обняла.
— Дети ещё не спят?
— О нет, они ждут вас!
— Людвиг, познакомься, это Моника, заведующая приютом. Моника, это Людвиг, мой друг.
Они обменялись кивками и все вместе зашли в дом. Внутри пахло свежей сдобой и запечённым с травами гусем.
Анна сняла пальто и поспешила в гостиную, откуда сразу же донеслись радостные возгласы детей:
— Ура! Мисс Лейн пришла! Ура! — они окружили Анну, как только она вошла.