— Ты одержим ненавистью, Тенебрай Спенсер, — сказала она, переведя взор на Чёрного Змея. — Приглядись к тем, кто тебе служит, и ты увидишь, что они делают это не из верности, а из страха. Именно поэтому ты проиграешь!
Он терпеливо выслушал её речь, совершенно его не впечатлившую.
— Хорошо, что ты в это веришь, ведь что может быть скучнее, чем порабощать того, кто уже смирился. Да-да, — развёл руками Чёрный Змей, отвечая на усмешку, вспыхнувшую в глазах Анны, — я всё ещё хочу заполучить драконью магию. Но не волнуйся, я помню, что пытать тебя бесполезно. Яд Чилийского Василиска тоже не то, ведь ты эмпагус и твоя нервная система устойчива к нему. Я придумал кое-что другое.
Сердце Анны сжалось от дурного предчувствия. То, что он для неё подготовил, несомненно, хуже пыток и участи безвольной марионетки.
Чёрный Змей коротко кивнул, и Алехандро Гарро передал ему то, что всё это время держал в руках. Под куском шёлка скрывался гладкий металлический шар. В его центре зияла большая дыра, казавшаяся бесконечно глубокой, хотя сам шар был не крупнее страусиного яйца.
— Это Локус, — объяснил Чёрный Змей. — Техномагический артефакт, который открывает портал в безвременье — пустое пространство, куда можно поместить всё что угодно, даже энергию. Алехандро работал над ним несколько последних лет, и вот теперь мы, наконец, можем его опробовать. Именно поэтому ты здесь. Итак, ты готова поделиться со мной частью своей силы?
Анна ничего не ответила. Подавляя растущее волнение, она смотрела на врага открыто, готовая вынести любое испытание.
Чёрный Змей зловеще усмехнулся, как бы говоря: «Ты даже не представляешь, что тебя ждёт». — кивнул кому-то из своих людей, и тот удалился. Через пять минут из темноты донёсся звон бьющихся друг о друга кандалов и цепей, волочащихся по каменному полу. Вскоре из мрака вынырнула фигура пленника в разодранной одежде, еле передвигавшего ноги.
Его вёл за собой человек в чёрном плаще Серпентум.
Лицо пленника ещё издалека показалось Анне знакомым. Когда он подошёл ближе, сомнений не осталось: перед ней стоял тот, кого она не видела двенадцать лет, кого похоронила вместе с частью себя. Его черты изменило время, их искажали истощение и вынужденное отсутствие гигиены, но она не могла не узнать его — своего брата! «Дракон, не способный изрыгать пламя, лишён когтей и зубов, но он не умер! — в её сознании зазвучал голос Руи Атии. — Укрощённый зверь, запертый в пещере, смиренно ждёт своего спасителя.. »
Вот к чему её готовили кошмары.
По всему телу Анны пробежала волна колючих ледяных мурашек, сердце сжалось под натиском пробудившегося чувства вины.
— Ты узнаёшь эту женщину? — вцепившись в отросшие до лопаток волосы измученного пленника, Чёрный Змей подволок его к полусфере и прижал щекой к прозрачной потрескивающей стене.
Саймон смотрел на сестру невидящими глазами, но в какой-то момент в них мелькнул проблеск сознания. Он заёрзал на месте, пытаясь что-то сказать.
Из глаз Анны непроизвольно хлынули слёзы. Она больше не могла контролировать себя, утратила мужество, которое стоило ей нечеловеческих усилий, и с головой погрузилась в омут боли и сожалений.
— Прости меня, братик… Прости! Прости! — шептала Анна.
Чёрный Змей, явно удовлетворённый её реакцией, повернулся к своему слуге, приведшему Саймона, и тот, выступив вперёд, произнёс:
— Здравствуй, puella.
По телу Анны пробежала новая волна жгучих, как лёд, мурашек. Она оторвала заплаканные глаза от лица Саймона и встретилась взглядом с человеком, которого, как и брата, считала давно умершим. Перед ней стоял Даррен Хьюз.
— Нет! — взревела Анна, увидев, как Хьюз схватил Саймона за горло и повалил на пол.
— Aquantus! — выкрикнул тёмный маг.
В лёгкие Саймона проникла проклятая морская вода. Он начал задыхаться, корчась в мучительных судорогах на полу.
— Ты можешь прекратить его страдания, — сказал Чёрный Змей, демонстрируя Локус. — Семь последних лет Саймон провёл здесь, в подземельях Вайсбурга, пока ты гуляла на свободе. Разве это справедливо? Разве он заслужил такую смерть?
Его слова отзывались в сердце Анны эхом невыносимой боли. В её глазах вспыхнули ярко-синие огни, связанные за спиной руки загорелись, и, освободившись от оков, она позволила вырваться наружу клокочущей внутри ярости. Поток разрушительной энергии превратил полусферу в пыль, и всех, кто обступал её, отбросило в сторону мощной взрывной волной. Действуя быстро и точно, Анна ринулась к брату и окружила себя и его кольцом защитной магии.
До её ушей донёсся громовой рёв Лазурита, который всё это время кружил над острыми пиками Вайсбурга, чувствуя, что хозяйка где-то рядом, но не имея возможности войти с ней в контакт из-за купола, поглощавшего её энергию. Как только связь восстановилась, дракон камнем бросился вниз, огненным дыханием расплавил одну из стен замка и ворвался внутрь. Свирепо клацая острыми зубами в сторону оцепеневших врагов, Лазурит присел на лапы рядом с хозяйкой.