Противоправное действие может быть совершено и при отсутствии вины. Гражданскому праву, в котором ответственность иногда наступает за случай, известен ряд составов правонарушения, не включающих в себя элемента виновности. Но правонарушение, совершенное виновно, существенно отличается от невиновного правонарушения. В факте случайного причинения вреда источником повышенной опасности имеет место объективное несоответствие совершенных действий и наступившего результата требованиям закона. Интересы социалистического общества или его отдельных членов ущемляются в результате наступления этого факта. Но он ни в какой мере не заключает в себе отрицательного отношения самого правонарушителя к ущемленным им интересам, так как последний не знал, не мог и не должен был знать о том, что результат наступит.
Когда же правонарушитель действует виновно, картина коренным образом изменяется. Здесь уже противоправное действие совершается с определенных психических позиций: правонарушитель либо знает, что его действия вызовут ущемление общественных или чьих-либо личных интересов, либо мог и должен был знать и действительно знал бы об этом, если бы он проявил должную заботу об ущемленных им интересах, а не выразил по отношению к ним полного или, по крайней мере, известного пренебрежения. Следовательно, благодаря вине, правонарушение становится уже не просто объективно неправомерным фактом, но и выражает в себе определенное отрицательное отношение правонарушителя к интересам социалистического общества или отдельного советского гражданина. В этом именно и заключается социальное содержание вины как условия ответственности по советскому праву. Но для того, чтобы вина обладала этим качеством, она должна представлять собой акт сознательного поведения, предполагающего осознание целого ряда моментов, которыми характеризуется состав правонарушения. К числу этих моментов относятся:
1. Осознание естественной связи между совершенным действием (или воздержанием от действия) и наступившим результатом. Если лицо, совершая действие (или воздерживаясь от совершения определенного действия), не знало, не могло и не должно было знать, какая естественная цепь событий будет вызвана его поведением, оно не может быть признано виновным, так как при подобных условиях нет оснований считать, что в его действии или бездействии выразилось отрицательное отношение к ущемленным им общественным или личным интересам. Так, хотя Лендормост использовал катки и тяжелые вибрационные машины для асфальтирования ул. Воинова в гор. Ленинграде, он не знал, не мог и не должен был знать, что вследствие этого лопнут водопроводные трубы и хлынувшей из них водой зальет два магазина Пищеторга, так как ему не было известно, что Ленгазсетьстрой, производивший до этого укладку газовых труб на том же участке, уменьшил, по сравнению с требованиями технического проекта, зазор между газовыми и водопроводными трубами и тем самым создал условия разрушения подземных сооружений силами внешнего давления. Несмотря на то, что иск был предъявлен и к Ленгазсетьстрою и к Лендормосту, арбитраж, при окончательных расчетах, возмещение в полном объеме возложил на Ленгазсетьстрой, освободив Лендормост от ответственности.
2. Осознание общественной значимости совершенных действий (или воздержания от действий) и наступившего результата. Лицо должно не просто осознавать естественную связь между своим поведением и вызванными им последствиями, но и понимать общественную природу этих фактов, как противоречащих интересам социалистического общества и потому недопустимых с точки зрения принципов его организации. В противном случае лицо может быть признано причинителем результата, но нет оснований считать, что в данных фактах выразилось его отрицательное отношение к обществу, а следовательно, и нет необходимых предпосылок для признания его виновным.
Верховный Суд РСФСР, рассматривавший дело об убийстве гражданином задержавшего его работника милиции, которого он принял за бандита, признал его по суду оправданным.[342] Причинитель ясно представлял себе здесь естественную связь между своими действиями и наступившим результатом. Он понимал, что совершает убийство. Но он не знал, не мог и не должен был знать, какова действительная общественная природа вызванных им последствий, он не проявил, иначе говоря, отрицательного отношения к обществу, а потому и не мог нести ни уголовной, ни гражданской ответственности.
Требуется ли для признания правонарушителя виновным, чтобы он, кроме того, осознавал и некоторые другие моменты, в частности, противоправный характер своего поведения?
