Для определения же меры гражданско-правовой ответственности недостаточно одних лишь указаний закона и общей характеристики наступивших последствий, но необходимо также точно исчислить их размер в денежном выражении.
Таким образом, уголовно-правовые санкции являются значительно более точными и определенными, поскольку они устанавливаются самим законом, тогда как гражданско-правовые санкции являются менее точными и определенными, так как для их уточнения необходимо обратиться к объективному результату, к которому они сами отсылают. Но в то же время санкции уголовного права являются в своем подавляющем большинстве относительно определенными, а конкретная мера наказания в соответствии с обстоятельствами дела назначается судом, тогда как гражданско-правовые санкции, как правило, бывают абсолютно определенными, и суд устанавливает ответственность в точном соответствии с объемом убытков, подлежащих возмещению. Это несколько противоречивое положение получает достаточное объяснение в характере различных критериев уголовно-правовой и гражданско-правовой ответственности.
В самом деле, степень вины как мера ответственности не заключает в себе непосредственно объективных пределов ответственности. Поэтому пределы ответственности должны быть точно установлены в самом уголовном законе, санкции которого являются вполне точными и определенными. Но так как различие в степени и характере вины как меры уголовной ответственности должно быть учтено судом при назначении конкретной меры наказания, санкции уголовного права носят относительно определенный характер.
Напротив, убытки как мера ответственности заключают в самих себе объективные пределы ответственности. Поэтому гражданские законы, как правило, не знают различных санкций за различные правонарушения (кроме отдельных штрафов в отношениях между социалистическими организациями) и для определения объема ответственности отсылают к наступившему результату. Так как действительно причиненные убытки, независимо от того, какого объема они достигают в каждом конкретном случае, всегда определяют собою границы гражданско-правовой ответственности, а ее понижение в сравнении с этими границами, как правило, не допускается, то последние только и могут быть выражены в санкциях гражданского права, являющихся поэтому абсолютно определенными.
Мы установили, таким образом, что принцип полного возмещения как основной принцип, в соответствии с которым должен определяться объем гражданско-правовой ответственности, получает свое выражение как в содержании норм гражданского права, так и в характере и построении гражданско-правовых санкций. Этот принцип с достаточной последовательностью проводится в жизнь и в судебно-арбитражной практике. Несмотря на это, ряд авторов принципу полного возмещения прямо или косвенно противопоставляют иной принцип определения объема гражданско-правовой ответственности.[515]
Противники принципа полного возмещения, оспаривая этот принцип, говорят, что если объем гражданско-правовой ответственности от степени вины не зависит, то тогда и вина имеет в гражданском праве чисто формальное значение, а по существу ответственность может возникнуть и при отсутствии вины.
Такое утверждение является глубоко ошибочным и не соответствует действительному положению вещей. Советское гражданско-правовое законодательство, за некоторыми специально установленными исключениями, прочно придерживается принципа ответственности за вину. Самая ответственность возникает лишь при наличии вины, но ее объем от степени вины не зависит. Вина для гражданско-правовой ответственности уже потому имеет принципиальное, а не формальное значение, что объем ответственности не может выходить за пределы того, что предвидел или мог и должен был предвидеть правонарушитель. Если для возникновения гражданско-правовой ответственности достаточно простой неосторожности, то она может повлечь за собой ответственность такого же объема, как и умысел, лишь тогда, когда объем вреда, наступление которого предвидел действующий по умыслу, совпадает с объемом вреда, наступление которого должен был предвидеть действующий по неосторожности. Следовательно, и при неосторожности и при умысле имеет место ответственность только за вину, и в этом смысле принцип вины ни в какой мере не нарушается.
Однако дифференцировать объем ответственности сообразно со степенью вины не представляется ни возможным, ни целесообразным с точки зрения общих задач, стоящих перед советским гражданским правом.
