Наряду со съездом народных депутатов Горбачев провозгласил создание поста Президента СССР. Должность президента как единоличного органа власти никогда не была известна в этой стране. Поэтому с внешней стороны данное нововведение означало поворот от коллегиального правления к единоличному. Однако с точки зрения соотношения между демократией и антидемократией президентство может иметь как демократическую, так и антидемократическую направленность в зависимости от масштаба президентской власти. Для Горбачева эта власть не была чрезмерной, и само по себе президентство нельзя связывать с его демократическими или антидемократическими предпочтениями. Но в то время как по общему правилу президент должен был избираться всем народом, избрание первого Президента, т. е. Горбачева, в порядке исключения было возложено на съезд народных депутатов. Так Горбачев стал депутатом съезда, депутатом Верховного Совета, председателем этого Совета и президентом СССР, не будучи ни разу избранным подлинно демократическим путем. Для себя он предпочитал назначение либо имитацию выборов, а не выборы в собственном смысле слова, не подлинную демократию.
В развитии всех этих событий для Горбачева таились две опасности: консерваторы КПСС справа и Ельцин со своими последователями слева. Однако всерьез Горбачев воспринимал только вторых, не обращая должного внимания на первых.
Вражда между Ельциным и Горбачевым имела довольно необычный характер. Как Генеральный секретарь Центрального Комитета КПСС Горбачев был инициатором перевода Ельцина из Свердловска (ныне Екатеринбург) в Москву, где тот вскоре стал партийным лидером советской столицы и членом Политбюро без права голоса. В связи с вмешательством жены Горбачева в деятельность московского партийного лидера Ельцин выступил на пленарном заседании Центрального Комитета КПСС, дав отрицательную оценку этой ненормальной ситуации. Его смелый поступок привел к исключению из Политбюро и утрате поста московского партийного руководителя. Но Ельцин не сдался и на волне происходившей в стране либерализации начал победоносную борьбу за мандат депутата Верховного Совета СССР и РСФСР, должность Председателя Верховного Совета РСФСР и пост Президента РСФСР, на который был избран тайным голосованием всем населением России. Горбачев пошел на крайние меры, в том числе лично выступив против Ельцина на большом собрании избирателей, чтобы нанести ему поражение. Однако все его усилия были тщетны. Ельцин впервые в советской истории показал, что можно утратить все свои политические позиции и восстановить их на еще более высоком уровне, если опираться на поддержку народа. Поэтому его окружали народная любовь и доверие, и Горбачев был обречен в своих попытках вытеснить Ельцина. Как Президент РСФСР, Ельцин формально занимал более низкий уровень, чем Горбачев – Президент СССР. Но фактически он считался более сильным политиком, поскольку был избран на свой пост прямым народным голосованием всего населения РСФСР, тогда как Горбачев получил должность Президента Советского Союза от съезда народных депутатов СССР. Становилось ясно, что политическое равновесие между этими двумя деятелями недостижимо и что лишь один из них победит в дальнейшей политической борьбе.
Тем не менее первый удар по Горбачеву нанес не Ельцин, а сторонники жесткого политического курса в партийных и правительственных кругах. Поскольку Горбачев смягчил некогда сильный государственный прессинг и предоставил населению относительную свободу слова, это было использовано в первую очередь многочисленными этническими группами, чтобы начать разговоры об их угнетенном положении и необходимости борьбы за суверенную независимость. Принудительно присоединенные к СССР Балтийские республики были первыми, кто стал настаивать на своем освобождении. Та же тенденция, выразившаяся в требовании не освобождения, а предоставления независимости, наметилась и в других союзных республиках. Борьбу за суверенитет провозгласили даже небольшие национальные образования, такие как Татарстан. Аналогичное движение начало развиваться и на некоторых территориях, не представлявших какой-либо определенной этнической группы, таких как Дальний Восток. «Парад суверенитетов», – так назвал Горбачев эти нарастающие проявления. Иногда они вызывали национальные конфликты и опасные восстания. В Литве и Грузии они стали настолько сильны, что Горбачев санкционировал применение в Вильнюсе и Тбилиси военной силы. Хотя он и отрицал свое участие в принятии тех пагубных решений, его выдали другие члены Политбюро, да и по определению вопросы такой значимости не могли быть решены без Генерального секретаря Центрального Комитета КПСС.
