24. Командиры, привыкшие к передовой, чувствовали себя совершенно безоружными, оказавшись наверху. И наоборот, командиры верхнего эшелона, попадавшие даже не на самую передовую, а хотя бы поближе к ней, распоясывались донельзя. Вот два примера. Мне не приходилось встречать такого боевого командира полка, как майор Бутов. Судьба часто ставила его в тяжелейшее положение. Однажды он оседлал сопку, обе вершины которой занимали немцы. Связь с ним была опасной. Отойдешь левее или правее, попадешь к врагу. Нужно было идти прямо, никуда не отклоняясь, чтобы не попасть в плен. А что значило идти прямо по лесной гористой местности – этого никто не мог объяснить. Вот вы поплутали в такой местности, предохраняя себя от плена заряженным пистолетом. И что же? Войдя в землянку Бутова, встречаете оживленное лицо с весело подмигивающими глазами. Он спокойно отдавал приказы: не только как отбивать противника, но и как перехватывать солдат, бежавших к врагу в этом месте больше, чем в каком бы то ни было. А комполка находил место для встречи, шутки, улыбки и даже смеха, если он оправдывался обстоятельствами. Прощаясь, напутствовал, как идти, забывая, что в постоянной опасности оставался он, а мы, пришельцы, уходим от нее, следуя его мудрым напутствиям.
Прошло какое-то время и довелось вновь встретиться с Бутовым, но уже не на линии огня, а по дороге в офицерскую столовую военного городка. Человека как будто подменили. Он шел неуверенным шагом как бы боясь оступиться и, обрадовавшись знакомым, выспрашивал у них, как вести себя в офицерской столовой, что есть вилкой, а что рукамиит. п.
Пример, противоположный Бутову, составил батальонный командир из политотдела армии, с которым довелось встретиться на дивизионном пункте полевой связи. Излишне говорить, что этот пункт находился ближе к передовой, чем политотдел армии. Но это была еще далеко не передовая, и правила, к ней относящиеся (например, расстрел на месте за невыполнение приказа), здесь не применялись. Однако инструктору армполитотдела все представлялось в ином свете. Он решил, что находится на самой передовой и наконец может применить свою высокую власть батальонного комиссара. Благо случай представился. Один лейтенант, в ожидании почты для своей части, стоял явно не по форме: руки в брюки, плащ расстегнут. Ему-то инструктор и дал команду «смирно». Лейтенант этой команды не слышал и продолжал стоять в той же позе. Но он четко услышал щелчок взводимого пистолета и, обернувшись, увидел, что батальонный комиссар собирается в него выстрелить. Лейтенант не растерялся и подал своему окружению команду: «Взять!» В мгновение ока армейского комиссара связали, уложили на машину и доставили к командиру дивизии. Тот, спокойно разобравшись, сделал внушение лейтенанту, а затем объяснил батальонному комиссару всю несуразность его поведения вдали от передовой: «Судить бы Вас надо, – закончил командир дивизии. – Да, к счастью Ваша разнузданная храбрость ни к каким последствиям не привела».
25. В условиях войны противоположность характеров сказывалась не раз. Я уже рассказывал о прокуроре, спасавшем подчиненного. Но бывало и так, что начальство спасало своих подчиненных от прокурора.
Лейтенант политотдела дивизии отправился в командировку в политотдел корпуса. В связи с этим было решено отправить ежедневное донесение не спецпочтой, а вручную, через лейтенанта. Тот знал о степени секретности такого документа, потому что не раз был предупрежден об этом отправителем. Сев на попутную машину, перевозившую лес на КП корпуса, он увидел знакомого ему еще по институту, а теперь прокурора корпуса Винника. Тот тоже узнал лейтенанта. Разговорились. Вспомнили старое – веселые, подчас юмористические ситуации. В общем, побеседовали, если не как старые, то как новые друзья. Но на остановке у КП корпуса лейтенант обнаружил исчезновение пакета с донесением. Растерянность так проступила на его лице, что Винник не мог удержаться от вопроса:
– Что случилось?
– Да вот, мы разговаривали, и я забыл о пакете, а теперь обнаружил, что он исчез.
– Нужно поискать в машине, он мог упасть между толстыми бревнами, – посоветовал Винник.
– Да как пробраться через сухие щепки и толстые деревья? – возразил лейтенант и побежал в политотдел.
Там он вызвал своего начальника, участвовавшего в совещании, и сообщилослучившемся:
– Подожди, – успокоил его начальник.
– На чьей машине ты ехал?
– На машине стройбата корпуса, – ответил лейтенант. Начальник вернулся в землянку совещания и возвратился вскоре с начальником корпусного политотдела.
Тот сказал: «Стройбат корпуса рядом. Сейчас мой работник пойдет туда с тобой, и все выяснится».
Оба ушли, но вскоре вернулись с победоносными лицами.
– Пакет нашелся! – воскликнули они в один голос.
Казалось бы, вопрос улажен? Ан нет! Вечером в дивизии раздался корпусной звонок. Винник просит к телефону начальника политотдела. Взяв трубку, тот услышал:
– Я звоню, чтобы получить Вашу санкцию на арест лейтенанта, потерявшего пакет с секретным документом.
