Бежать быстро в полной темноте, когда понимаешь, что можешь врезаться в дерево или за что-то зацепиться — не лучший вариант. Правда, ровно подстриженная трава и ухоженное поле для гольфа особых препятствий не представляли. Но и те, кто нас преследовал, тоже не спешили — при этом, как назло, им раз за разом удавалось подсветить нас фонариком. Как только луч падал на нас, мы меняли направление. Точней, я дергался в одну сторону, Ник — в другую, но потом как-то он возвращался, и я слышал его тяжелое дыхание.
— Стоять! Стоять, сопляки! — снова послышалось сзади.
— Уф, а вот в беге я не силен, — сбивчиво пропыхтел рядом Ник.
Тут луч снова полоснул по нам, мы дернулись вперед и влево. Земля ушла из-под ног, и я даже охнуть не успел, как полетел кубарем по мягкому песку. Рядом рухнул Ник.
— Ползи сюда, — шепнул он и дернул меня за ногу. Я пополз и очень скоро уперся во влажную земляную стену.
— Где это мы?
— Тихо!
Похоже, мы оказались в какой-то неглубокой яме — а голоса раздавались все ближе, лучи фонариков хаотично метались.
— Где они, Донни?
— Кто ж знает… как под землю провалились.
Я даже зажмурился, словно от этого мог стать невидимкой. Еще немного — и они заметят на песке след от падения, а дальше…
— Это ты их упустил!
— Заткнись! Глянь, а там кажись, шевельнулось что-то! Стоять! — заорал тот, с противным голосом.
Я приготовился бежать, но Ник схватил меня крепко за руку. Чего это он? Я слегка рванулся, но Ник сильнее прижал мою руку к песку. Это был уж совсем перебор… но тут понял, что голоса стали отдаляться.
Мы лежали молча еще целую вечность — то есть ну уж всяко минут пять, и когда голоса стихли, то наконец-то сели.
— Чего это такое? — спросил я про яму.
— Обычный песчаный бункер, — прошептал Ник.
— Чего?
— Ну, препятствие, чтоб мяч застревал, после неточной подачи. Ты ж сам объяснял, помнишь?
— А-а-а, ну да! Хорошо, ноги не переломали, — я вздохнул. — Какой дальше план? — хотелось уже куда-нибудь пойти, потому что я привык убегать, а не прятаться.
— Главное, оторвались, — шепнул в темноте Ник. — Теперь надо бы вернуться в гостевую комнату.
Мы поднялись и аккуратно, стараясь не шуметь, выбрались из песочного бункера. И я уже думал поспорить о том, в какой именно стороне эта самая комната, и как именно нужно возвращаться осторожно. Но всё это оказалось ненужным. Осторожно не получилось, потому что внезапно снова включился свет, зажглось солнце. Я сощурился от яркого света, а когда открыл глаза, то увидел, что вокруг по полю ходят с десяток людей. И похоже теперь они перестали ходить просто так, а шли к нам.
— Ну, попались! — услышал я тот самый голос, а потом обернулся и увидел здоровенного чернокожего в форме охранника, идущего к нам.
Я было дернулся, но Ник снова взял меня за руку и покачал головой. Еще совсем недавно озорной, смешной и восторженный, он изменился в лице, и от его вида мне стало не по себе. Теперь он напоминал отца: холодный отстраненный взгляд, сжатые в тонкую линию губы… правда. с этим никак не вязались изгвазданные брюки, помятая футболка и песок в волосах
— Чем обязаны, сэр? — спросил Ник охранника.
— Эм… я… — ярость чернокожего сменилась удивлением, а оно, кажется, испугом. — Ну мы тут это… ловим…
— У вас тут сегодня творится не пойми что. Только взгляните, во что превратились мои вещи, — тяжело вздохнул Ник, осматривая себя. Охранника он словно бы и не замечал.
— Но… вообще-то… — попытался возразить тот, но Ник вдруг посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся.
— Вы пришли, чтобы помочь нам добраться до гостевой комнаты?
— Ну-у…
— Благодарю, — мягким полукивком отреагировал Ник. — Я чувствую себя прекрасно, но мой друг, похоже, подвернул ногу. Думаю, что его придется нести.
Глаза у здоровяка расширились, руки задрожали. Мне показалось, у него внутри сейчас все бурлит, и Ник, кажется, тоже это понял.
— Впрочем, подставить плечо помощи Мартину Итену Фостеру может только друг. Я ему помогу, — задумчиво произнес он, и затем вновь посмотрел в глаза охраннику. — А вы, мистер, пока найдите и принесите в гостевой дом наши клюшки. Заодно — мяч для гольфа. Мы потеряли их где-то тут.
Охранник сглотнул, кивнул, отвернулся. Несмотря на черноту его кожи, я разглядел: он раскраснелся от ярости.
— Ну, пойдем что ли? — подтолкнул меня Ник.
— Фух, ты все-таки нормальный, я уж испугался, тебя головой приложило!
— Нет, не бойся, — рассмеялся он. — Просто… просто оказалось, что полезны не только уроки по физике и химии.
Мы пошли к гостевой комнате не торопясь, словно ничего и не произошло. Перемена с Ником меня еще смущала, поэтому я молчал, пытаясь придумать, что бы такого сказать, чтоб заполнить затянувшуюся паузу.
— Хорошо, что у нас щас каникулы, — придумал я наконец. — Неохота в школу.
— Тебе везет! А я туда не хожу. Мы постоянно в разъездах по разным местам, поэтому учителя частные. Но уроки ежедневные — весь год…
— Тогда понятно, чего ты сбежал в Хьюстоне. Я б тоже не выдержал.
