Было видно, что Церинген озлоблен неудачей. Жеребец под ним нервно гарцевал, поскольку рыцарь постоянно колол его шпорами. Второй натиск чёрного всадника был страшен. Он летел на Антона с неистовой силой и бешеной скоростью. Смирнов старался не уступать ему. Лобовой удар двух закованных в броню рыцарей был чудовищен. Зрители завопили от ужаса. Оба поединщика попали в цель. Оба, как пушинки, вылетели из сёдел. У Церингена сломалось копьё. Антон поднялся первым/ Cледуя законам рыцарской чести, отбросил своё в сторону, и стал ждать, когда поднимется на ноги его соперник. Многие, из наблюдавших за боем, захлопали.
Барон поднялся с трудом. Видимо удар Антона оказался более удачным, чем его собственный. Наконец, похоже придя в себя, чёрный рыцарь выхватил клинок и бросился на соперника. Закипел рукопашный бой.
Смирнов сразу понял, что имеет дело с большим профессионалом. Вот, только действовал тот слишком прямолинейно и тупо. Тратил силы на мощнейшие удары, даже там где они совершенно не проходили. Сначала Антон на них болезненно реагировал ответными выпадами. Но потом понял, что они для него относительно безопасны. А высекание искр из клинков хорошо только на дешёвом шоу в ресторане.
Смирнов был более быстр и гибок. Используя это преимущество, он кружил вокруг чёрного рыцаря как пчела. Церинген был вынужден бестолково топтаться на месте и бесполезно махать тяжёлым мечом. Стало видно, что он сильно устал. Его удары потеряли свою силу и точность. Очевидно, барон и сам понимал, что ещё немного, и он окончательно выдохнется, а значит, превратится в лёгкую добычу для, неожиданно искушенного в ратном деле, противника. Поэтому собрав все оставшиеся силы воедино, Церинген, как раненый дикий зверь, с яростным воплем кинулся на противника. Напор его был сокрушителен. Меч мелькал в руках, как лопасти вентилятора. Но каждый раз, совсем чуть — чуть, чего — то недоставало. Антон неизменно успевал уходить из — под ударов. В какой — то момент Смирнов поймал наседающего врага на противоходе, и сделал молниеносный выпад вперёд своим стальным клинком. Генрих отпрянул, но, по — видимому, силы его были совсем на исходе — меч пробил кольчугу и неглубоко вонзился в грудь рыцаря. Церинген грохнулся на спину. Шлем с порванными ремнями откатился в сторону. Антон приставил свой клинок к горлу побеждённого соперника. По губам чёрного рыцаря сочились струйки крови.
Барон вёл себя мужественно. Он не молил о пощаде. Голубые его глаза зло и упрямо смотрели в глаза победителя. И тут Смирнова «осенило». Точно такие же глаза он видел на фотографии деда у одного из, приезжавших к нему, немцев. Черты лица были тоже схожи. Такой же волевой подбородок, тонкие губы и властные складки в углах рта. А ещё, такой же взгляд был у вервольфа, которого он ранил два дня назад.
«Вот так встреча!» — В мозгу у Антона что — то щёлкнуло, и все картинки сложились в один пазл. Барон Генрих Церинген, он же оборотень, — оберштурмбаннфюрер СС подразделения Аненербе Фридхелм Церинген, создавший коридор времени — национал — демократ Генрих Церинген из Дрездена, разыскивающий наследие своего деда. Всё это звенья одной цепи. И он, современный молодой человек, случайно угодивший в этот водоворот фамильных тайн древнего германского рода. Тут же ещё одна мысль обожгла Смирнова:
«Если сейчас убить прародителя всех этих Церингенов, то цепочка оборвётся. Не будет коридора, через который можно перемещать несметные богатства и, соответственно, не будет Ангелики. И ещё неизвестно где буду я». Всё это пронеслось в мозгу парня в считанные секунды. Рука, державшая клинок сама собой ослабла. Взгляд барона выразил удивление. Вокруг шумела толпа. Поэтому Антон не услышал, что сзади к нему приближаются две тёмные фигуры с короткими мечами в руках. Среагировал он только на силуэт белого всадника, который во весь опор мчался в его сторону. Это был Айвенго.
Одного из подлых убийц он проткнул копьём, другого затоптал копытами коня.
— Добивай и пошли в харчевню пить эль, — крикнул он Антону и красноречиво махнул рукой в сторону таверны, — наблюдал тебя в бою, впечатлило. Ты случаем сарацинов не бивал? Ну, да ладно. Давай, чего возишься?
— Я не буду убивать раненного человека.
— Ну и зря. Одним врагом было бы меньше. Тогда дай ему хорошенько по башке, чтобы запомнил на всю жизнь и поехали.
Карл подвёл Смирнову лошадь. Новоиспечённый герой устало взобрался на неё и посмотрел в сторону поверженного врага:
— Забери у этого, валяющегося в пыли, господина коня и меч. По праву победителя они теперь мои, — приказал он слуге.
— Мы ещё с тобой встретимся, щенок, — злобно прошептал окровавленными губами барон. Его друзья уже перекладывали раненого рыцаря на широкий плащ и уносили с поля боя.
— Не сомневаюсь, — ответил Антон и поскакал вслед за английским рыцарем, сопровождаемый шквалом оваций.
В трактире, по причине глубокой ночи, уже почти никого не было. По этой же причине рыцари ограничились парой кружек пива. Тут же решили обращаться друг к другу на «ты».
