— Жаль, — Крэч осмотрелся — всё по-старому: дубовый прилавок, несколько стульев, ситировые зеркала, переносные ширмы, а главное — воздух: влажный и пряный. Ну, нет так нет, — обречённо вздохнул он, — будем тогда в порядок меня приводить.
Следующие два часа он провёл в смежной комнате, где его стригли, брили, ровняли и всё-всё-всё, — приводили в должный порядок, в общем.
— Готово, — возвестил сарбах, наминая холёные свои пальцы.
Довольный результатом, он взял со стола старенькое зеркало с зачернёнными краями и поднёс его ближе к клиенту.
Крэч взглянул. Улыбнулся. Понравилось и ему: чистый, по краям, с одной тугой короткой косицей подбородок, аккуратные усики, стрелкой к губам скошенные баки.
«Ух ты! Ни дать ни взять — щёголь столичный! Меем с Лорто одобрят…».
Покинув заведение Зуага, Крэч почувствовал, что сильно проголодался, и направил стопы к первому, что увидел, трактиру.
«Каторжный рудник» — он даже сперва замер от неожиданности: название поражало лаконичностью и какой-то мрачной злободневностью.
«Такой трактир, — подумал Крэч, — теоретически мог возникнуть в любом другом месте Ганиса, но нигде он не был бы так уместен, как на Ногиоле или на другом из трёх Отколотых островов… Ну, разве что на севере Тэнтрага».
Древорук немного постоял снаружи, разглядывая посетителей через окно. Их было совсем немного, и он, решив не подвергать желудок лишним испытаниям, небрежной походкой прошёл вглубь просторного зала и уселся за приглянувшийся столик.
Заведение, несмотря на название, оказалось вполне респектабельным и убранством соответствовало анонсированному названию: столы-телеги, стулья-валуны, стойка из брёвен с массивными сучковатыми подпорками. На стенах — кандалы и цепи. У закопчённого потолка (никаких сомнений, что это было сделано намеренно) на коротких цепочках — так, чтоб рукой не дотянуться, — висят масляные светильники, даже не стилизованные, а самые что ни на есть настоящие шахтёрские фонарики. Всё выполнено из хорошо обработанного, покрытого лаком дерева. Медные части — столбики, поручни, дверные ручки и даже заклёпки — отполированы до зеркального блеска.
Всё как на идеальном руднике, вот только люди и их цели были иными да запахи сильно отличались от запахов рудника: пахло жареным мясом, чесноком, васаргой и ядрёными ахирскими специями. Больше всего Крэчу, конечно же, понравились полки-леса с рядами кувшинчиков, фляг и бутыльков, в том числе и из сулузского хрусталя, за спиной трактирщика.
Едва Крэч сел за стол, рядом возникла подавальщица в белом фартуке с угольными пятнами — ещё одна деталь, призванная подчеркнуть эксклюзивность заведения.
— Что вам угодно, градд?
Подавальщица была плоскогруда и некрасива. Древоруку это не понравилось.
— Кружку вашего лучшего вайру, — бросил он.
Девушка поймала его настроение, фыркнула и, окатив презрительным взглядом, направилась к стойке. Вайру принесла уже другая подавальщица.
«А вот это совсем другое дело! — Подошедшая феаса была выше всяких похвал: молодая, смуглая, плотно сбитая — кровь с молоком! Короткое платьице в обтяжку, декольте под названием: «смерть Древоруку», грудь такая, что волосы на спине зашевелились. Талия тонюсенькая. И попа — мечта, а не попа! Впечатляет! — Крэч понял, что сейчас завоет. — Вовремя я красоту навёл».
— Ваше вайру, уважаемый. Что-то ещё? — она пригнулась, даря ему возможность заглянуть в вырез платья.
— Мне бы… это… поесть, — одними губами прошелестел Древорук, едва сдерживаясь, чтобы сходу не выдать истинные свои намерения. Как-никак, а он был настоящий романтик и не терпел похабщины, а посему, прежде чем тащить девушку в койку (даже за деньги), предпочитал немного за ней поухаживать. — «Такое… ух! надо срочно заесть». — Мяса, милая, принеси мне, — раздельно, с неестественной артикуляцией проговорил он. — И вайру ещё. Баклажку, — добавил, прикусив от вожделения губу.
— Мяса — какого? Свинины, баранины? Жареного? На пару? По-нуйарски с табаком и кровью белой…
— Свинины давай, — оборвал он. — Жареной. Со шкуркой, чтоб на зубах хрустела.
— Вы серьёзно?
— Да.
— Гарнир какой?
— Сама что-нибудь сообрази.
— К вайру что подать?
— Неси, милая, всё, что полагается, — он сглотнул, явно не голодом томимый, а иного рода желанием обездвиженный.
Она посмотрела на него внимательно и, наконец, улыбнулась.
— Как скажете, градд. Но я бы посоветовала вам пересесть. Обычно в это время морячки с пристани заходят. Смеются, балагурят, шутят. Не сказать чтобы задирали кого, да и не вам их бояться, но если в тишине покушать хотите, то…
— Благодарю. Я всё понял, — Древорук сглотнул: — «Два месяца уже с девкой не был!» — Его так и тянуло поступиться принципами и тут же, сграбастав её, завалиться под стол и… Мозг Крэча сорвался с цепи и рвался скуля навстречу приключениям. — Куда сесть порекомендуете?
— К окошку — лучшее место, — Тирма взглядом указала на ряд невысоких кабинок, стилизованных под угольные лари. — Ближе к вечеру у нас за них даже доплачивают.
«Ну уж дудки! Вот за твою улыбку, красавица, я если захочешь заплачу сполна, а за место…»
