Вейзо ничего не понял. Он взял Кеалена Поро за запястье и отвёл его руку от своей шеи. Медвежонок недоуменно посмотрел на хозяина, затем на Ктыря, опустил правую занесённую под удар руку, разжал кулак.
— Спят? — кивнул на сопевших охранников Диро Кумиабул.
— Да, — сглотнул гость.
Кеален Поро заботливо расправил замявшийся воротничок его куртки.
— Рад, что хватило ума никого не покалечить. Чего надо тебе скажи? Карту принёс?
Вейзо покачал головой.
— Почти что так, — туманно ответил он. — Хочу предложить сделку.
— Проходи, — пригласил Диро, шире распахивая дверь. — Всё в порядке, Кеален, успокой людей.
В спальне царил полумрак. Звуки шагов вязли в ворсе ахирских ковров, которыми устлан пол.
— Располагайся, — с деланной ленцой растягивая слова, предложил Диро Кумиабул. — Маску сними, говорить с тобой неудобно. За девкой своей пришел?
Вейзо кивнул, нехотя стянул с лица платок. Он рассчитывал на разговор, но такой прием его слегка огорошил.
— Да.
— Да! — довольно подхватил хозяин, прищёлкнув пальцами. — Ты проиграл, Трайси!
— Бывает, — голос исходил из алькова, где над доской зут-торон склонилась большая тёмная фигура. Из-за недостатка освещения, будто вырезанный из бумаги чёрный контур в позе мыслителя. — Все пока живы, а это главное. — Фигура подняла руку и помахала Вейзо, словно старому знакомому.
— Это что ещё такое?! — обозначил своё присутствие третий женский голос.
Вейзо волей неволей вынужден был посмотреть на ложе Диро Кумиабула, а там…
Физаха была роскошной полнотелой брюнеткой, с кожей цвета экехо. Совсем не стесняясь ни Вейзо, ни Трайса, она возлежала поверх шкуры белого оцелота, прикрыв его лапой лишь малую часть одной из своих потрясающих ног, всё же остальное красавица выставила напоказ.
— Это же Вейзо Ктырь! Животное! — Она приподнялась, качнув тяжелыми грудями. — Такую компанию ты теперь предпочитаешь, Диро? — королева Тарратских Медведей презрительно посмотрела на Вейзо. — Какой же ты страшный, Ктырь. Просто урод зеленорожий. Гони его к Хорбуту, Диро. А лучше прирежь! Крови попьём, — она хищно облизнула губы.
Ктырь пожал плечами: ну да, мол, таким меня мама родила и что с того?
— Пошла вон отсюда, — рявкнул на разбушевавшуюся пассию Диро.
— Урод! — поморщилась Физаха. Она встала и потянулась, разом демонстрируя все свои прелести. Небрежным движением накинула на плечи манто из шкурок, так что лапки хищника, (которые были снабжены крючками и использовались в качестве застёжек) легли между её роскошных, идеальных по форме и размеру грудей.
— Хороша чертовка! — деланно вздохнул Диро, когда за Физахой закрылась дверь. Вы не знакомы?
Вейзо отрицательно покачал головой.
— На счёт крови она не серьёзно… Люблю её, веришь-нет? Ты присаживайся, — предложил он, — в ногах правды нет. Смею предположить, что раз ты не машешь у меня перед носом рап-сахом и не мечешь во всё и вся свои легендарные ножики — пришел ты с миром, дабы обменять девку свою на мою карту. — В голосе Диро явственно звучали нотки откровенной иронии. — Или наоборот — свою карту на мою девку. Верно я мыслю?
Вейзо кивнул. Да, он не грозил никому рап-сахом и не доставал ножей, и действительно пришел, чтобы совершить вышеозначенный обмен, но Хорбут раздери, был не готов и сильно обескуражен игривым поведением Диро Кумиабула. Сильно обескуражен! Хотя нет — «сильно» это слишком слабо сказано — до ужаса, вот как правильно! Главарь Медведей слыл большим оригиналом, но не до такой же степени. Взятый им тон озадачил Вейзо. Он не знал как дальше вести себя в подобной ситуации. Во-первых, он не собирался ни убивать Диро, ни причинять ему какой либо вред (а ведь мог), во-вторых, хозяин дома вёл себя в высшей степени дружелюбно, что в основе своей Вейзо и смущало.
— Ты немой что ли? — уголки губ Диро поползли вниз, казалось, он искренне расстроен.
— Нет, вижу вполовину от положенного и слышать стал хуже, остальное в порядке.
— Ну, отвечай тогда, не молчи! Или ты думаешь, я буду говорить за нас обоих! Зачем тогда ты здесь? Сам с собой я и без тебя переговорю.
— Да, я хочу обменять карту Саммона са Роха на Монолу, — сцедил сквозь зубы онталар, пытаясь выработать манеру поведения.
— Это было предсказуемо. — Диро подошел к шкафчику, достал из него изящный графинчик и два бокала. — Не боишься?
— Нет.
— Да ты, наглец, — хохотнул хозяин. — Слыхал, Трайси: не боюсь, говорит, тебя ни капельки.
— Да? — не отрывая взгляда от доски с фигурами, задумчиво хмыкнул немногословный Трайс и сделал этакий легкомысленный жест ладонью. Мол, чего ты от него дикого ожидал…
— Вы сговорились что ли? Ладно, — хозяин наполнил бокалы. — Давай сюда карту.
— Монола где?
— И правда не боится. Не беспокойся, Монола твоя в порядке. С её головы волоска не упало.
— Я не беспокоюсь, — с вызовом ответил Вейзо, хотя это было неправдой — он беспокоился да ещё как, — и карты у меня с собой нет.
— А вот это неожиданно! Чего-то я, видно, недопонимаю. Скажи, Трайси, — так сейчас дела на материке ведут? Отстал я в глухомани этой от жизни.
