– Хайо, стой… ох ты ж, смотри, куда идешь!
Мелькнуло что-то белое. Змея размером чуть ли не с предплечье Хайо выползла на дорогу. Хайо сделала шаг, и животное испуганно подняло голову, готовясь защищаться.
Вокруг Хайо невидимым холодком скользнуло острое лезвие водяной косы брата, тронув завихрением воздуха кончики волос, и рассекло змею надвое.
Посетители чайной вскочили с мест, когда змеиная голова отскочила от тротуара и приземлилась у их ног, задрав к небу обнаженные клыки.
Потом послышалось сухое шуршание, словно на мостовую посыпалась солома. Мансаку закричал.
Хайо обернулась и успела только увидеть, как из трещин в стене лавиной хлынули змеи и накрыли собой стоящего в дверях Мансаку.
– Мансаку!!!
Он упал, полностью опутанный змеями. А потом, так же быстро, как появились, змеи вдруг отползли, и на том месте, где только что стоял Мансаку, обнаружилась соответствующего размера куча спелых пшеничных зерен, наверху которой лежал белый конверт с пугающе черными чернильными иероглифами:
授呪布告
– Генеральная Декларация о проклятиях, – гулко произнес чей-то незнакомый голос. – Как ближайший родственник Мансаку-сан, вы должны принять ее от его имени.
Рядом с Хайо стоял священнослужитель Забвенника – или кто-то в его костюме. Он был лыс, бородат и сложен плотно, словно массивное камфорное дерево. Глаза будто вылезали из орбит, а ряса сидела из рук вон плохо.
Он перекинул край ситидзё-гэса через плечо, окинул взглядом лежащую на месте Мансаку кучу зерна и сложил ладони в молитвенном жесте:
– Хм-м… Как там правильно звучит сутра? Наму Амида?
– Мансаку не умер! – Хайо услышала, что ее голос звучит тоньше обычного.
– Профилактическая молитва никому не повредит, – сказал священник. – Возьми письмо, Хайо-сан. Оно не укусит.
Он произнес это так, как будто обычно письма кусаются. Трясущимися руками Хайо взяла конверт.
Змеи снова зашевелились. Хайо попыталась стряхнуть их:
– Нет!
– Не трогай их. – На плечи Хайо легли крупные ладони. Священник поднял Хайо так, что ее ноги повисли в воздухе. Она брыкалась, но он был сильнее. – Они просто унесут твоего брата в безопасное место.
– В безопасное?
– Безопаснее не бывает. К Полевице, которой Мансаку-сан дал Вескую Причину для проклятия. Его доставят в ближайший храм. Чтобы он объяснился, – будничным тоном сообщил священник. – И если это была случайность, то проклятие немедленно будет снято, а твой брат отпущен. В конце концов, он всего лишь следовал инстинктивному порыву духа оружия защитить своего хозяина.
– Ничего подобного, – огрызнулась Хайо. Пламя жизни священника отразилось в ее зрачках. Сверкнул черный бок масляной лампы. Она нахмурилась. – Ты…
– Монах Забвенника из Секты Чистой Земли. – Священник, он же бог, поставил ее на землю и опять сложил ладони. – Наму Амида. И все такое. Слава тебе, Амида Неисчерпаемая. Можешь звать меня Хатамото-сан.
Змеи собрали Мансаку, не обронив ни единого зернышка. Через несколько секунд от кучи не осталось и следа. С полными ртами зерна они, как единый организм, развернулись и уползли обратно в трещины в стене.
Хайо было дернулась вслед за рептилиями, но Хатамото остановил ее, коснувшись пальцем плеча:
– Э, нет. Сегодня с Полевицей встретится только Мансаку. А твоей компанией побуду я, старый Хатамото Яэмон. Честное слово, я друг. И твой, и Волноходца.
Хайо прекратила дергаться:
– Полевица что,
– Она думала, что это склонит вас к сотрудничеству. – Хатамото расплылся в блаженной улыбке. – Разумеется, она надеется, что вы сложите о ней хорошее мнение, когда она разумно и милостиво снимет с твоего брата проклятие и вернет его. Я здесь ради нее. Передаю приветы от Ямады Ханако, также известной под именем Омононуши-но-Оками, Полевицы. Она предлагает вам свою дружбу.
Ямада Ханако. Земное имя, не духовное. Такое, на которое Хайо могла наткнуться в учебнике математики, решая задачки о фруктах.
– Если она хочет дружить, то почему не пришла сама?
– Она полагала, что вы оцените ее нежелание являться к вам лично, чтобы не давить своим присутствием, вынуждая принять ее предложение. – Хайо собралась было ответить, но Хатамото предостерегающе поднял руки. – Давай объясню проще: у Полевицы твой брат, Хайо-сан. Выслушай, что она тебе хочет сообщить и предложить, и тогда Мансаку вернется невредимым.
Хайо заскрежетала зубами. Заставила себя успокоиться:
– И чего же хочет Ямада Ханако?
– Она считает, что вы могли бы помочь друг другу.
– Каким образом?
– Дорогая моя, она была покровительницей Дзуньитиро Макуни. И хоть не в ее силах было помешать проклятию, но тот факт, что какой-то из богов убил его, не обозначив Веской Причины, очень сильно ее задевает. Она хочет найти виновного ничуть не меньше, чем вы. – Хатамото подошел поближе и зашептал, прикрывая рот ладонью: – Если ты, адотворец, тоже ищешь проклявшего Дзуньитиро Макуни, не кажется ли тебе, что вы могли бы сотрудничать?
Неловкое молчание Хайо развеселило священника. Он затрясся от смеха, позвякивая четками: