Пришел в себя он не сразу. Строение оказалось знакомым: одна из его ухоронок, созданных на всякий случай. Пока он вспомнил, что и как открывается, пока открыл… Пришлось спешно вспоминать Тутаминис и срочно учиться применять. Внутрь Ксанатос ввалился невменяемым и не соображающим куском замороженного мяса, только и успел увидеть, как вспыхивают лампы, как подъезжает дроид… дальше все скрыл мрак беспамятства.
Очнулся он предсказуемо на койке под укоризненным взглядом почти разрядившегося меддроида, покрытый холодным липким потом: память проснулась. Ксанатос трясся, и ему все чудилось, что кожа слезает с костей, растворяясь в кислоте, что он кричит от бешенства и слепнет от ненависти, желая разорвать врагов, уничтожить. Что проходят годы, века, а он все бьётся в нескончаемой агонии, пока требования не превратились в мольбы, а мольбы — в отчаянные попытки торговаться.
Жрать хотелось неимоверно, но все, что осталось условно съедобного — закаменевшие батончики пайков, показавшиеся с голодухи амброзией и лучшими деликатесами галактики. Ксанатос жевал, пытался реанимировать древний датапад, с трудом выклянченный у дроида, и понять, что происходит.
Сила его зачем-то воплотила, не сам же он из небытия выкопался? А значит, такой подарок придется отработать: Ксанатос на своей шкуре слишком хорошо прочувствовал, что за все надо платить. И чем придется платить на этот раз, он даже представить не мог — в памяти ничего не сохранилось на этот счет. Следовательно, требуется собрать информацию: где он, когда, а самое главное — зачем.
Догрызя последний паек, Ксанатос напился физраствора из капельницы — воды банально не обнаружилось, — на ходу вспоминая техники чистки организма от токсинов и прочего, встал и пошел искать подсказки, пузырясь каким-то странным энтузиазмом.
Через несколько часов от захлестнувшего его веселья и следа не осталось: Ксанатос пялился на экран включившегося таки датапада, переваривал новости и натурально охреневал от свалившейся на его голову действительности.
Галактика напоминала ему самого себя в последние годы перед самоубийством: полное безумие и совершенно извращённая логика. Республику рвала на части война: глобальная и жестокая. Миры отделялись и присоединялись, джедаи стали генералами, в бой шли клоны и дроиды, а руководство что Республики, что Ордена занималось хрен знает чем. Ксанатос попал на интервью Йоды и заскрипел зубами от бешенства: старый сморчок как нёс ахинею с возвышенным видом, так и продолжал нести. А отдувались другие. Винду остался прежним, как и некоторые другие члены Совета, Ксанатос смотрел и качал головой, а потом на экране появился элегантный рыжеволосый мужчина, и у Ксанатоса едва не отвалилась челюсть от изумления.
Это и есть Оби-Ван?!
Наивная мелочь, пропитанная Светом по самую макушку?!
Его младший брат выглядел настоящим магистром: недостижимым обычными смертными идеалом. Вот только Ксанатос отлично видел сквозь благожелательную джедайскую маску усталость, отчаяние и тоскливую печаль. Казалось, только нечеловеческое упрямство ещё держит Кеноби на ногах: а интервью было старым, полугодовой давности. Ксанатос даже не слушал тот возвышенно-обтекаемый бред, который нес Кеноби, с жадностью вглядываясь в лицо того, кто стал его погибелью.
Его младший брат. Единственный, кого он считал заслуживающим внимания из всей их долбанутой семейки. Равным.
А потом показали свежий репортаж из Сената — и Ксанатоса словно кувалдой по голове ударили. Он смотрел в благообразное лицо того, кто называл его Учеником, и отчётливо понимал, зачем и почему он вновь топчет эту землю.
Гривус с грохотом свалился на землю, успев бросить на Оби-Вана полный шока и неверия взгляд: киборг не ожидал, что его враг, всегда прущий в атаку с сейбером наголо, на этот раз опустится до применения вульгарного бластера. И, естественно, попадет туда, куда целится — в единственное уязвимое место — с одного выстрела.
Оби-Ван разжал руку, бластер упал, джедай тяжело выдохнул и зашагал к поверженному врагу. Один росчерк меча поставил окончательную точку в жизни одержимого местью существа: кто бы что ни говорил, но иногда Кеноби учился на своих ошибках и даже делал выводы. Гривуса он рассек вдоль, так, чтобы с гарантией уничтожить и не дать ни малейшей возможности воскреснуть. А то были прецеденты, не будем тыкать пальцем.
Чувствовал себя джедай отвратительно, не имея даже сил бороться с мыслями, что стоило раньше не изображать из себя дуэлянта, а просто и надёжно убить тварь подручными средствами. Слава Силе, не совсем косорукий, стрелять умеет. Давно надо было, глядишь, и жертв было бы поменьше.
