– Возможно, – заинтересовалась сквозь отступающую дурноту я и уже протянула руку, чтобы разобраться, но тут же ее отдернула. – Стоп. Давайте-ка разберемся сначала с тем, что мы с вами застряли без ботинок посреди пустошей. Вы взяли с собой воду, провизию и карты?
– Да, об этом я не подумал, – признался Майрот. – Даже удивительно, ведь я очень хорошо…
– О, Сотворитель! – застонала я, закрыв горящее лицо в меру холодными ладонями. – Да, вы все очень хорошо делаете, только получается все очень плохо!
– Ничего, мы найдем выход из ситуации. Будете кофе?
Я застыла, раздвинула пару пальцев, чтобы одним глазом посмотреть на него. Мой клиент тем временем беззаботно нагнулся к краю каменной стены, вынул оттуда термос и открыл его. Мне в ноздри ударил убойный запах кофе и…
– …и вот еще глазурованная булочка. Продавались только с шоколадной посыпкой, хотя меня больше всегда веселит разноцветная. Или вы не хотите сладкого? Я подумал, что вам нужно хорошо подкрепиться, но если вас подташнивает, то вот, доктор бы посоветовал вам соленые крендельки, так что я взял.
Я убрала руки и уставилась на него. Он не понял моего взгляда и переспросил:
– Что такое, вы не любите и крендельки?
Я встала. Обошла выход из нашего укрытия и, кусая губы от бессильной злости, посмотрела в сторону висящего над каменистым пейзажем облака в виде черепа и принялась так сверлить глазами раскинувшийся ровно под ним палаточный городок с красно-полосатыми тентами и яркими флажками, будто от этого он устыдится собственного существования и исчезнет.
Майрот встал со мной рядом и светски поинтересовался:
– Вас что-то беспокоит?
– Это! – отдала я знак указания на бродячий цирк в долине. – Меня беспокоит этот приют танцующих на проволоке шутов и жонглеров, провозглашающий смех над условностями и ворующий детей, чтобы вырастить их в духе данса макабр!
– А по-моему, это просто ревность, – отметил Майрот, осторожно откусив от круглой сладкой булочки. В усах застряли розовые крошки глазури и шоколадная посыпка. – Вы бродячие, они тоже бродячие, только у них есть полосатые штаны и высокая карусель, а у вас…
– А у нас – целые миры под обложками, – припечатала я Майрота, но тот нет чтобы пристыженно замолчать, почему-то снова предложил мне кофе.
Я вздохнула, велела Майроту привести усы в нормы приличий и начала спускаться к цирку. Тот находился на плато между двумя перепадами высот: от железнодорожной станции к стоянке балагана и от стоянки к речной расселине. По моим расчетам, до темноты мы вполне успевали добраться. Стоп.
– А как вы сюда попали так быстро, что кофе остался теплым?
– У них шли к станции колесники, чтобы забрать зрителей с полуденного экспресса, и подкинули меня.
– Тогда пойдемте на станцию, дождемся следующей развозки, – изменила решение я.
– Хорошо, вам бы не помешало эти шесть-семь часов вздремнуть, – согласился Майрот, и я обернулась на цирк.
Ну да, поезда у нас тут ходят не часто, и логично, что развозка в следующий раз поедет, чтобы доставить посетителей уже только до поезда восвояси. Терять столько времени не хотелось.
– О, давайте попросим его нас подвести! – вспыхнул мой клиент внезапной идеей и бросился куда-то в противоположную от меня сторону, оставив со своей булочкой и своим кофе в руках.
Я сделала несколько шагов в том же направлении и недовольно прищурилась на показавшееся ненадолго солнце. Неподалеку от нас поднимал облако пыли небольшой колесный вагончик кустарного производства на базе не самой удачной конструкции бродячих домов. Такие ходили одно время в обжитой части мира, на фронтире не прижились, да и не могли бы.
Майрот встал у него на пути, отдав знак остановки, и о чем-то заговорил с сидящим впереди пожилым механоидом. Тот отвечал приветливо, и, раз дело шло к тому, что нас подвезут, я потащилась к ним.
– А вот и она собственной персоной! – громогласно поприветствовал меня хозяин повозки, приподняв не самую удачную в наших краях, на мой взгляд, шляпу. Судя по всему, Майрот уже представил меня, как только мог. – Видел я на своем веку одну библиотекаршу, арркей, и она вовсе не походила на вас. Забирайтесь! Меня зовут старик Рок-рок, на заводе звали Стариком-Скрипом.
– Главное, что не Скрежетом, – крякнула я, вскарабкиваясь на сидение рядом. Краем глаза я отметила, как Майрот побежал под каменный козырек, где я отдыхала, за вещами. – Я Люра. Какими судьбами в наш неспокойный край?
– Да вот решил на старости лет попутешествовать по миру с велосипедом.
Я немного замедлилась с сигареткой, раздумывая о том, как бы ему так сказать, что его вагончик – что угодно, но точно не велосипед, и тут меня познакомили:
– Вот он, мой «Ветер»! – Он хлопнул по рулю повидавший сотворение мира, судя по виду, остов велосипеда. – Мы с ним, молодая госпожа, всю свою жизнь проработали на курьерской службе завода «Живая сталь», где делают механику для кораблей и подземных лодок. Слышали о таком? Завод как город!
Я быстро прикурила и выдохнула дым, наблюдая за тем, как Майрот спускается к нам, бодро перебирая ногами, таща ту самую, дорогую его сердцу, сумку оккультиста.
