– Неужели у вас самой нет книги, в чьем мире вы хотели бы жить? – спросило меня чудо чудное.
– Ну, разве что «Книга Айнанны», – повернулась к ней с кривой улыбочкой я.
– Это не книга, а притча! – возразила мне девушка, разрумянившись от праведного гнева.
– Притча о первой в мире биографии. Не имевшей к тому же конца. И этот конец каждый, кто читал книгу, дописывал туда сам. Мне кажется, отличная притча и книга хорошая. Единственная, где я согласна жить и живу сейчас, между прочим. Нет, ну если жить как дундук на печи…
– Говорите что хотите, но, – подошла ко мне девушка с задранным носиком, – мир любимой книги – это единственное подходящее место для любого, кто мечтает и мыслит. Может, ваша жизнь и интересна, полна приключений, и настоящих друзей, и смысла, но большинство жизней в этом мире совершенно не такие!
– Ну-ну, – ухмыльнулась я, отцепив только что найденную книгу от ликровой вены. Автором значилась 54184646 Риуйланнайрра 106, также известная как «Тетушка», также известная как «То-ли».
Я сразу же заглянула в информацию о книге на последней странице. Стандартный для научных трудов тираж в пять тысяч копий. Книга выпущена в Каменном Ветре тридцать лет назад. Я открыла первую страницу.
«Моему дорогому Майроту на память обо всех осколках Кристального Моря, что мы откопали вместе». Я запустила руку во внутренний карман и достала ордер на завещание, выписанный Майроту в Центре. Сличила даты рождения и надписи. Экземпляр подписали в год совершеннолетия. Но книга не у него, хотя ее определенно читали, и не раз. Почему?
Я отлистнула назад, открыв теперь передний форзац, и прочла экслибрис. В эту библиотеку издание поступило семь лет назад. То есть Майрот не оставил ее при себе? Это странно. О чем он мне не рассказал?
Почему она не показала ему это место? Почему отпустила его в… его собственную жизнь? Не стала заставлять его становиться тенью «своей великой тетушки», вечно бегать за призраками? Получила назад по почте когда-то подаренную воспитаннику книгу и сдала ее в библиотеку, отпустив? Дав жить? Или здесь какая-то личная обида? Нет ответов.
Я посмотрела на привязанного всеми ликровыми венами к этому месту дундука Майрота, и мне стало как-то грустно за него. Действительно грустно. И я впервые подумала о том, что, наверное, действительно от всей души желаю ему найти это проклятущее завещание или эту самую тетушку и спросить у нее, в чем же дело, и… простить? Да. Вот какого последнего звена не хватало между ними – разговора и принятия. Того, что он не археолог и счастлив, а она – верит в него и всегда будет верить, хотя, может, и доказала это не самым лучшим способом.
– … серой однообразной жизни, где нет ни лучика…
– Слушай! – вспылила я, обернувшись к девушке. – Если тебе так не хватает острых ощущений, так поживи у нас на фронтире!
– Да я и так тут живу!
Я осеклась. Действительно. Она и так жила чуть ли не в самой опасной и непредсказуемой части мира и все равно чувствовала, что ей тут серо, скучно и однообразно.
– Должна признать, что у тебя настоящий дар! Я бы с такими талантами опасалась Ювелира.
Больше я ничего не сказала. Хлопнула ее по тоненькому механическому плечику и мрачно потопала в танцевальный зал. Девушка засеменила за мной, и с минуту мы обозревали разбросанное узором вальса по полу высшее общество с самыми лучшими манерами.
После недолгого совещания и попытки поднять хоть одно обмякшее тело по лестнице, мы решили, что сначала нужно разбудить кого-то, кто поможет нам перетаскать остальных. Выбрали крепко сбитого, атлетично сложенного мужчину, попробовали поднять хотя бы его ноги. Поняли свою ошибку, выпили по стаканчику игристого, раз уж официанты все равно его разносили, еще раз убедились, что помогать нам никто из них не будет, и решили изменить тактику.
На этот раз мы принялись тянуть ликровые вены в зал, и эта идея оказалась вполне жизнеспособней. Поскольку библиотека, даже если она встроена в грудную клетку циклопического, вросшего в аметистовую жеоду голема, прежде всего именно библиотека, то я без труда нашла там кладовку, а в кладовке – запасные части, расходники и инструменты на все случаи жизни – да, и на этот тоже.
Поэтому мы протянули сеть. Звучит сложновато для двух обывательниц, но мы быстро научились пользоваться инструкциями по назначению – как только мы что-то делали не так, они сразу тянулись к оружию. Как только они поворачивались к нам, я понимала, что мы вот-вот натворим дел. И только пока мы выполняли работу правильно, они не замечали нас. Так, шаг за шагом, мы двигались практически под присмотром.
Мы скрутили в четыре руки (две на работе и две на подаче инструментов) ликровую сеть прямо в зале, подключили к ней механоидов, выпили еще по бокалу (тут я распробовала наконец эти маленькие кисленькие шоколадки).
Дело в целом спорилось, закончили мы быстрее, гораздо быстрее, чем могли бы, и вскоре пришло время переходить к настройке.
