Сделав это, он приступил к разметке чайника, чтобы лишить его горлышка и дать возможность извлечь содержимое как можно безопаснее и для клада внутри, и для Дай.
– Если свести сложные взаимосвязи к простым объяснениям, то да, – тем временем объяснила девушка. – Я определила это по налету из мертвых войровых агентов. Это называется «чернильная войра» – высохшая жидкость, соединяющая микроскопические механизмы, долго питавшиеся чернилами книги и насытившиеся информацией из нее.
– Целая колония могла насытиться от одной книги?
– Нет. Далеко не от одной книги. Для того чтобы приобрести такой оттенок, колонии войры предстояло паразитировать на сотнях, а скорее всего – на тысячах томов. Такую насыщенную войру должен питать очень щедрый источник, поэтому, оставшись на одной книге, она и погибла. И да – я говорю о книгах непременно ручной работы. Том внутри принадлежал к чрезвычайно древней и богатой библиотеке, может… вроде Библиотеки Города Солнца из «Имени Хаоса», никак не меньше.
– Если в ней содержалось подробное описание всех домов из перечня, то я могу представить ее размеры, – осторожно пошутил механический странник, заканчивая вскрывать отложенный подарок Оута, и Дайри улыбнулась под маской. – Однако… такая войра может хранить в себе множество опасностей.
– Безусловно, – согласилась Дай, поставив на стол готовый набор для проверки токсичности ликры и аккуратный металлический кейс с инструментами. Она принялась откупоривать одну за другой пробирки с сигнальными реагентами внутри. – Мы проверим, насколько именно она токсична.
Механический страж ничего не ответил. Он чрезвычайно аккуратно убрал горлышко с тела чайника, превратив его в цилиндрическую жестяную банку со ставшим нелепым теперь изогнутым носиком. Внутри находился неровно отрезанный кусок ветхого одеяла, спеленутый вокруг другой, приобретшей от времени геометрические формы, черно-фиолетовой ткани. Слой мертвой войры на ней был настолько плотным, что ветошь пропиталась телами крошечных организмов изнутри. Пропиталась железом и чернилами.
Дайри отстранила механического странника и склонилась над находкой, не спеша прикасаться к ней. Мужчина спросил:
– Вы можете сказать, что именно за книга внутри?
Дайри долго молчала, приглядываясь к едва видному уголку оклада, выглядывающего из расползшейся на волокна металлизированной ткани, а потом резко отстранилась, метнувшись к большому закрытому шкафу. Там мы хранили купленный по случаю стеклянный куб для исследования опасного содержимого. Еще один толчок сбил Дайри с ног. По счастью, раньше, чем она успела достать хрупкое и дорогое оборудование.
Оба механоида прислушались, но долго сосредотачиваться не пришлось: снаружи послышались выстрелы, и это далеко отстояло от перестрелки при атаке бегунов. Речь шла о настоящем штурмовом оружии.
– Они здесь, – заключил, снова выпустив в воздух ароматное облако, механический странник, а потом ответил на немой вопрос Дай: – Те, из-за кого я лишился своего дома.
– Кто они?
– Армия, – улыбнулся одним только голосом странник, – и ей нужно то же самое, что и мне, – деталь для сердца моей госпожи.
Рида и Соу заставили почти бежать до работного дома. Тот располагался в самом центре городка с темными приземистыми домами, больше походившими на огромные контейнеры для перевозки грузов, если, конечно, существовала грузовая платформа, способная отволочь по железной дороге такую тяжесть. На крышах многих, окрашенных в основном в цвет близкий к каменистому пейзажу, домов находился вооруженный дежурный с винтовкой, парой пистолетов и запасом патронов. На некоторых крышах, ближе к пустошам, дети видели настоящие довольно новые пушки.
На улицах ни брат, ни сестра не встретили никого, кроме все тех же вооруженных механоидов и разнорабочих, стаскивающих в одно место различные, кажущиеся очень тяжелыми, детали. Когда они только проходили мимо таких, лежащих прямо посреди улицы, Рид, желая подбодрить Соуранн, пару раз похвастался своими знаниями медицинской инженерии и называл, зачем они нужны в телах. Но потом игра стала слишком жуткой.
Мальчик не помнил наизусть характеристики и названия, но очертания того, что он видел в руках грузчиков или в дорожной пыли, слишком хорошо напоминали ему страницы иллюстрированных книг, что он часами листал под руководством постоянно вздыхающей хозяйки больничного дома. Она почему-то считала и Рида целиком, и его внезапно вспыхнувший интерес к механической составляющей тел каким-то своеобразным наказанием ей за грехи. Многие и тяжкие.
Воспоминания об их занятиях, всегда раньше подбадривавшие Рида, испарились в один момент, когда он увидел, как эти механические части появляются на улицах – их просто выкидывают из окон. Значит, все остальное остается внутри, в домах… Он крепче прижал к себе Соу, обняв ее за плечи.
