— Как тебе сказать... Сложно тут все, думать надо, прикидывать, — уклонился от ответа Гречин. — Ты лучше обрати внимание, что на внешней обшивке нет и следа главных, межзвездных двигателей. Как корабль взаимодействует с окружающим пространством — одни гипотезы. Примерно третью его часть занимает отсек, куда проникнуть до сих пор никому не удавалось. В передней части корабля размещены противометеоритная и локационная системы, четыре небольшие ракетки для высадки, видимо, на планеты, затем — до выступа примерно — идут жилые отсеки. Потом Центральный пост, системы контроля и управления планетарными двигателями, вычислительный комплекс. Здесь же размещаются и системы жизнеобеспечения. Все это нами изучено и понятно — до последнего винтика и гаечки... Если же идти снизу, смотри сюда — от среза кормы до вон того пояса — здесь располагаются планетарные двигатели. Тоже нами понятные от «а» до «я». А вот в середине корабля — настоящая «терра инкогнита»!.. Как в тумане все!
Гречин зло рубанул воздух рукой. Малышев удивился. Видимо, такой уж день сегодня выдался — день удивлений. Этот сжатый кулак, насупленные брови, хмурый взгляд прищуренных глаз... Так это все не подходило Гречину, которого он знал как веселого, никогда не унывающего человека...
— Юрий Анатольевич, — он тронул Гречина за локоть.
Гречин громко хрустнул пальцами, черты лица его смягчились.
— Извини, Саша, погорячился... Понимаешь, не могу я на него спокойно смотреть, кровь играет, — постарался оправдаться он. — Имеем межзвездный корабль — и топчемся вокруг солнышка! Э-эх, давненько я к нему примериваюсь! Ну, наконец-то настало времечко. Хватит, поиздевались, понасмехались над нами!
— Кто, Юрий Анатольевич?
— Как, кто? Вон, его создатели! Сидят, небось, сейчас на своей планете и посмеиваются: поломайте, дескать, себе головы! Скажу по секрету, — Гречин понизил голос, хотя вокруг никого не было, — Осипов и Селингс, бывший начальник базы на Стрэндже, абсолютно уверены, что наше бессилие разобраться в главном двигателе специально запрограммировано. На Центральном посту — сейчас пойдем, покажу — управление межзвездным двигателем было сразу, изначально, заблокировано. Чтобы понять систему блокировки, надо было изучить и понять систему управления планетарными двигателями. В стационарных условиях блокировку уже пробовали снимать, все получается. Но вот в свободном полете этого еще никогда не делалось. Нам предстоит это сделать впервые, Понятно?
— Довольно смутно.
— Ну, разумеется. Ты — специалист в несколько другой области. А это — моя работа.
— То есть, управлять межзвездными двигателями мы можем, но доступа к ним не имеем? Так?
— Совершенно верно. В центральный отсек нет ни одного люка, ни одного лаза. Впечатление такое, что он изготовлен цельным, враз. Ну а поскольку же материал, что и корпус самого корабля, то есть, предположительно, вещество с уплотненными электронными оболочками, то ни плазменный резак, ни лазер, ни кумулятивный взрыв его не берут.
— Юрий Анатольевич, может, пройдем на корабль? Посмотрим.
— Конечно, конечно, — спохватился Гречин. — А то я тебя все разговорами кормлю. Пошли через носовой шлюз, тогда по дороге в Центральный пост сможем осмотреть почти все помещения.
Когда через несколько часов Крайнев появился на пороге Центрального поста с возгласом: «Вот вы где! А я вас по всему Чужому ищу!», никто из них и головы не повернул. Малышев сидел у пульта вычислителя среди раскрытых таблиц и звездных атласов и яростно стучал по клавишам дешифратора, составляя программу для определения местоположения корабля в пространстве по данным, которые ему задавал Гречин на Центральной УМ — управляющей машине.
Крайнев остался у входа, наблюдая.
...Дешифратор выплюнул моток пластиковой ленты. Малышев подхватил ее, ввел кончик в приемную щель вычислителя и нажал кнопку. Спустя минуту, теперь уже из вычислителя поползла серая полоска, испещренная какими-то значками. Малышев и Гречин разом кинулись к ней, едва не столкнувшись лбами.
— А, черт, — выругался Малышев. — Что за напасть, каждый раз забываю о дешифраторе!
— Ого, слышу речи в стиле Христофора! — едва удерживаясь от смеха, сказал Крайнев. — Что ж, с кем поведешься...
Малышев мельком взглянул на него и проворчал:
— А ты, хозяин здешних мест, изволь объяснить, зачем такая сложность? Вводи данные в дешифратор, оттуда в вычислитель, снова в дешифратор — и лишь здесь получишь координаты!.. Ага, вот и они! Ну как? — он повернулся к Гречину, подавая ему листок. Гречин прочитал, посмотрел на часы.
— Молодец, на этот раз четырнадцать минут. Но не обольщайся, Саша, сегодня мы с тобой удалились на каких-нибудь два-три парсека. А вот завтра попробуй-ка прыгнуть парсеков на десять-пятнадцать от Солнца. Скажем, в северном квадрате. Bот тогда и посмотрим!