— Пригласите их в кабинет. — Старков тронул Межирова за плечо. — Ну что, старина, пойдем, побеседуем теперь с ними.
Они встретились посредине кабинета, обменялись рукопожатиями, и Старков жестом пригласил всех пройти в угол, к окну. Расселись по креслам, украдкой присматриваясь друг к другу.
— Итак, будем знакомиться, — Старков последовательно обвел всех взглядом. — Мне, думаю, представляться не надо. Далее, по порядку — Христофор Валентинович Межиров. Да-да, тот самый. Владимир Александрович Пермяков, пилот-космонавт, испытатель. И, наконец, Малышев Александр Павлович. Так?
— Именно так, Николай Кузьмич, — кивнул Пермяков.
— Что ж, тогда с места в карьер и начнем...
О Владимире Пермякове наслышан был Межиров достаточно. Вдобавок, людей, подобных ему, он знал довольно неплохо. Пусть давно, в прошлом, и те пилоты космических кораблей были его сверстниками или немногим моложе, а Пермяков принадлежал уже к другому поколению. Однако люди, выбравшие такую специальность и сделавшие ее смыслом своей жизни, в принципе во все времена оставались похожими друг на друга — характером, складом ума, набором эмоции, образом мышления. Даже внешним обликом... Поэтому Межиров представлял себе в общих чертах, что можно от него ждать.
А вот его спутник... На пилота, тем более испытателя, явно не похож. Молод, едва ли за тридцать. Но в космосе определенно не новичок, на Земле такого загара не получишь. Кажется, весьма силен физически. Вот только не робок ли? Отчетливо тушуется перед лицом высокого начальства... Но кто он, интересно знать? И какое отношение имеет к Чужому, к инопланетной базе, к кораблям?..
— Вы ведь астрофизик? — благожелательно улыбаясь, спросил Старков.
— Да.
— А чем еще, кроме астрофизики, занимаетесь? Другие специальности у вас есть?
— Да, как у всех, кто работает вне Земли. У меня диплом радиста и штурмана-навигатора ближних трасс. Правда, диплом штурмана я получил недавно, чуть больше полугода.
— Больше ничем не увлекаетесь?
— Спортом еще.
— Это понятно, — несколько нетерпеливо сказал Старков. — А галактическая навигация вам знакома?
Малышев замялся.
— Немного, в общих чертах...
— Не понимаю! Владимир Александрович, вы в прошлый раз говорили мне о Малышеве, или имели в виду кого-то другого?
— Что вы, Николай Кузьмич! — в отличие от своего спутника Пермяков держался в этом кабинете легко и раскованно. — Он просто еще не понял, чего от него ждут. Не скромничай, Саша, сколько у тебя работ по галактической?
Малышев поерзал в кресле и выпалил, словно докладывая:
— Восемь. Последняя — во второй книжке журнала «Теория и практика космических полетов» за этот год.
— Позвольте, позвольте! — Межиров с интересом посмотрел на него, высоко подняв белые кустистые брови. — Так вы, значит, тот Малышев? Инверсивная вариантность координат по треугольнику Сириус-Канонус-Процион?
— Вы читали? — Малышев оживился и даже слегка порозовел — то ли от волнения, то ли от смущения.
— Да, признаюсь, просмотрел с любопытством. Довольно убедительно — вариантность координат по трем точкам. А скажите, вы не пробовали...
— Стоп, стоп! — Старков несколько раз хлопнул в ладоши. — Я вас понимаю, однако давайте конференцию по теории навигации открывать не будем... Так вот, Александр Павлович, как вы отнесетесь к возможности проверить вашу инверсивную вариантность на практике? Скажем, отправившись на несколько парсек от Земли.
— Я... не совсем понимаю.
— Разве Владимир Александрович вам не объяснил?
— Нет, Николай Кузьмич, — вмешался Пермяков. — Саша еще не в курсе, он только сегодня с ОРАСТа. Мы встретились на космодроме, на самолет — и сюда.
— Та-ак, — протянул Старков и сложил руки на груди. — Это несколько меняет акценты нашего сегодняшнего разговора... Понимаете, Александр Павлович, речь идет о межзвездном полете на аппарате внеземного происхождения.
Малышев самым внимательным образом вгляделся в лицо Старкова, но ни тени улыбки на нем не обнаружил. Он перевел взгляд на Пермякова, покосился на Межирова, сидевшего несколько поодаль — но и они были невозмутимы... Нет, не похоже, чтобы разговор мог обернуться розыгрышем.
— Извините, Николай Кузьмич, — начал он, тщательно подбирая слова. — Я, к сожалению, не владею всей информацией по этому вопросу. Поэтому, видимо, ничего определенного сейчас вам сказать не смогу.
— Превосходно. — Старков с довольным видом энергично кивнул головой. — Считайте, Александр Павлович, что я полностью удовлетворен вашим ответом. Поэтому специально для вас — небольшой экскурс в историю... Итак, сорок с небольшим лет назад экспедиция на исследовательском корабле «Пересвет» наткнулась на одном из астероидов на инопланетную базу космических кораблей. Кстати, подробности, я думаю, вы смогли бы получить из первых рук, Христофор Валентинович непосредственный участник тех событий...
Старков говорил легко, образно и доходчиво.