Если он продолжает меня запугивать, то у него не выходит. Нужно было придумать страшилку посерьезнее, чем не подаренные перед сексом цветы. Я безразлично пожимаю плечами, все еще не отрывая от Андрея взгляда:
– А они разве помогли бы мне кончить пару лишних раз?
О, это не раскат грома. Это Андрей смеется так, что, кажется, вибрируют стены и стекло в оконной раме за нами трясется. А потом он резко переворачивается на другой бок, встает, чтобы достать из комода в углу серые пижамные штаны и натянуть на голую задницу.
– Да нет уж, – бросает он как-то раздраженно и неопределенно, а следом исчезает за дверью. Ну и что это все значит? Было же хорошо, куда он?
Приведя себя в порядок после душа, куда вынужденно иду, потому что Андрей не возвращается ни через пять, ни через десять минут, я без разрешения переодеваюсь в его длинную футболку, которую краду из комода. Если все сейчас закончится плохо и ему удастся испортить мне настроение, я ему ее не верну. Вот такая страшная у меня месть. На цыпочках крадусь по коридору на запах, который доносится с кухни и из-за которого мой изголодавшийся желудок больно выкручивает. И, к своему удивлению, нахожу Андрея там. Замерев в дверном проеме, наблюдаю, как он колдует над сковородой и на весу режет овощи.
– Садись, почти готово, – не оборачиваясь, говорит он.
– У тебя глаза на затылке?
– Ты просто очень громко думаешь. Садись.
Я послушно забираюсь на стул и смотрю в тарелку, на которой через мгновение появляется аппетитный омлет с креветками и…
– М-м, творожный сыр, – попробовав, мычу от удовольствия, – обожаю.
Андрей молча кивает и ставит между нами огромную миску с овощным салатом и брынзой, судя по солоноватому вкусу.
– А где же пицца, сосиски, бургеры? – еще даже не прожевав, спрашиваю я.
– Поймал вдохновение. – Похоже на лесть, но как же, черт возьми, приятно. – Кстати…
Передо мной приземляется простая черная чашка с красной розой в ней.
– И где ты ее взял? – недоумеваю я. Завтрак, цветы… Я думала, меня выгонять собрались, потому что я слишком сильно припозднилась, а тут… Что происходит?
– У соседки целая цветочная оранжерея, – он кивает в сторону балкона. – Не обеднеет.
Мне становится смешно.
– Заготовленный сценарий? – скептически выгибаю брови, чтобы хоть как-то скрыть смущение.
Я голодна, как целая стая волков, но под его взглядом даже перестаю жевать. Он смотрит странно. И непонятно – хмурится или растерян.
– С тобой все через… – Он не договаривает, но суть я улавливаю. Еще бы знать, хорошо это или плохо.
Загадочный, загадочный Аполлонов.
– В какой момент мне нужно уйти, чтобы перестать ронять волосы на твой матрас? – выдавливаю фальшивую улыбку.
Хочу звучать просто и искренне. Хочу быть сильной. И, если мне придется вызывать такси, быть готовой к этому и выглядеть достойно. Но Андрей по какой-то причине тяжело вздыхает и хмуро смотрит на меня исподлобья.
– А ты этого хочешь?
– Нет, – срывается с губ, прежде чем я успеваю обдумать ответ.
– Тогда зачем тебе уходить?
– Ты ведь сам говорил, что…
– Уйдешь, когда захочешь.
– Если.
– Что «если»? – Андрей чешет свою умную-глупую голову.
–
– Ладно. Просто помни, что у всех свои пределы. Не нужно терпеть, никто не оценит. Мы взрослые. Оба. А теперь давай нормально позавтракаем.
– Как нормальные взрослые люди? – передразниваю его я, снова заставляя Андрея расслабленно смеяться. Искренне не въезжаю, о каких таких упомянутых пределах идет речь, но принимаю вызов, потому что намерена их достичь. Достичь, пробить и выйти на новый уровень.
В итоге я до самого вечера ищу, где же там этот момент, после которого можно начинать «терпеть».
– Ты и правда круглая отличница, – поцеловав меня в губы, которые только что творили непотребства, говорит Андрей.
– Я просто очень много читаю и следую инструкциям.
– Похвально. – В своей извращенной манере он дает понять, что ему понравилось, пусть все это было больше забавно, чем эротично.
А когда я позднее переживаю о том, что мне нужно добить чертежи, и сообщаю ему, что поеду домой, Андрей спокойно садится на пол у кровати и раскрывает ноутбук, бросив что-то вроде «работай здесь». Оно не такое четкое, как «больше так не делай» или «ничего у нас не будет», но… оно звучит. Андрей, кажется, стесняется слов, которые произносит, а у меня тепло разливается по венам от его смущения.
Я смутила самого Аполлонова! Это сделала я, а не опытная Карина или кто-нибудь другой. И я могла бы развить тему дальше, поиздеваться над ним, но вместо этого просто достаю из сумки ноутбук и запускаю «Архикад».
Увлекшись, как всегда бывает, я не замечаю, что время летит быстро, и вздрагиваю, когда Андрей с отчетливым звуком закрывает крышку своего ноутбука.
– Перерыв, – говорит он тоном, не терпящим возражений. – Иди ко мне.
