Если хорошенько приглядеться, можно и в самом деле предположить, что землю под деревом кто-то потревожил, а потом тщательно утоптал. Это наверняка произошло уже давно, ведь успела вырасти трава и вообще все замаскировано надежно. Если бы Энже и Тимур специально не искали какие-нибудь странности, то никогда бы не заметили этого и не обратили внимания. Зато сейчас все стало очевидно. То есть почти очевидно.
– Ну что, будем раскапывать? – предлагает Тимур.
Энже, у которой глаза разгораются от любопытства, с готовностью кивает.
– Только чем копать-то, блин? Не бежать же за лопатами в деревню.
– Нет, конечно. Тут что-нибудь найдем.
Они разбредаются в поисках чего-нибудь подходящего. Подбирают увесистые сухие ветки с земли.
– Вот, прямо как палка-копалка. Помнишь, в учебнике картинки были?
– Смутно помню.
– И вот эта тоже норм вроде…
Орудие древних пещерных людей в двадцать первом веке срабатывает не очень успешно, и лесная почва поддается неохотно, особенно сначала. Но постепенно искатели приспосабливаются. Под тонким темным слоем перегноя – сероватая мягкая земля, перемешанная с камешками. Тимур и Энже работают молча, выгребают землю, из которой образуются пирамидки…
– Слушай, а вдруг там… труп? – шепчет Энже и останавливается.
– С чего ты взяла?!
– Ну а что там еще может быть? Не зря ведь Эмиль сам не свой вот уже столько времени. Мало ли что могло случиться в лесу. Хотя никто не пропадал, кажется… В деревне не слышно было ничего такого уже года три-четыре.
Жутковатая догадка, которая самому Тимуру не приходила в голову… В самом деле, с чего бы брату Энже так мучиться и без конца возвращаться на одно и то же место? Бродить по лесу в одиночестве, умолять кого-то вернуть прошлое? Какая еще может быть причина, кроме такой страшной тайны?
– Поклянись, что никому не расскажешь, если это правда, – говорит Энже. Требовательно заглядывает Тимуру в глаза.
– Клянусь.
– Ну смотри, ты обещал.
– Может, лучше уйдем тогда отсюда? Забросаем землей все как было.
– Нет уж, раз начали, то докопаемся до истины.
Тимур выгребает очередную порцию земли. Вот что-то блеснуло…
– Монета!
Они внимательно разглядывают находку. Монета явно старинная и, кажется, золотая. Непонятная вязь на одной из сторон – не арабская, какая-то иная. А на другой стороне что-то смутно знакомое. До Тимура не сразу доходит: он видел похожий узор на плече отца. Татуировка, точного значения которой отец не знал. Фантазия мастера на основе древних символов…
– Вот это булгарский узор.
– Ух ты! Значит, очень старая монета, бешеных бабок стоит наверняка.
– Само собой. А если еще монеты есть?
Теперь, когда цель ясна и жуткое предположение рассыпалось в прах, Тимур и Энже копаются в земле особенно увлеченно. Их усилия не проходят даром. Через несколько минут Энже торжествующе подбрасывает на ладонях вторую монету, точную копию первой.
– Класс!
На этом их находки заканчиваются. Как бы тщательно они ни перебирали лесную почву, как бы глубоко ни закапывались, больше ничего примечательного найти не удается. Только один крошечный, с полмизинца, бесформенный обломок металла. Но это не золото, обычная медь.
– Ладно, повезло все-таки. Шикарные находки, – подводит итог Энже. – Хватит нам и этого. Разделим пополам добычу? Каждый возьмет монетку, которую нашел.
– А этот обломок?
– Можешь себе оставить, если хочешь. Мне не надо.
– Договорились.
Тимур засовывает обломок в карман джинсов вместе с монетой.
– Вот что теперь делать? – задумчиво произносит Энже. – Расспрашивать Эмиля как-то стремно. Буду пока за ним наблюдать.
Она поднимается с земли, Тимур тоже. Оба вдруг замечают, что время уже близится к вечеру. А ведь совсем недавно стоял яркий и солнечный день, это было понятно даже в глухом лесу, где небо почти полностью закрывают кроны высоких деревьев. Становится по-вечернему прохладно. Тимур и Энже бредут по лесу, стараясь отыскать знакомые тропы – хотя бы добраться до малинника, а дальше уже будет гораздо проще.
– Надо же, как быстро время пролетело. Тебя бабушка не хватится?
– Нет. Я как послушный внук отчитался. Сказал, что с тобой по деревне прогуляюсь.
– Окей, прогуляемся как-нибудь на самом деле. Если захочешь. Только у нас и гулять-то негде. Настоящая дыра…
– Да брось, деревня как деревня. Мне тут нравится даже.
– Конечно нравится, если приезжать раз в десять лет как на экскурсию. Мне бы тоже нравилось.
