Энже качает головой.
– Нет, я лучше домой. Никогда не бывала у вас в гостях.
– А что тут такого? Я же к вам заходил.
– В следующий раз, – уклончиво отвечает она. – Погнали?
Торопиться больше не имеет смысла. Они без спешки преодолевают расстояние от опушки до обрыва.
– Ну, пока, – прощается Энже. – Не зря выбрались, кое-что узнали и отыскали.
Они так долго блуждали по лесу, что неожиданное открытие и редкостные находки потихоньку отошли на задний план. Но ведь и правда, лесной поход удался.
На следующий день, в субботу, приезжает Ильшат абый. Вместе с Тимуром они чинят крышу сарая. Вроде бы помощь Тимура оказывается очень даже кстати, хотя дядя отца и сам без проблем справляется – он еще сильный и крепкий, даже седины почти нет. Каждые выходные навещает мать, ведь хозяйство и дом постоянно нуждаются в мужских руках. Как бы ни старалась и ни бодрилась Зубаржат, какой бы здоровой и трудолюбивой ни была в свои почтенные годы, без помощи ей не обойтись. Повезло, что младший сын живет поблизости и может постоянно приезжать.
После работы отдыхают тут же, на низкой скамейке возле бани. Чуть поодаль тянутся огородные грядки, пахнет укропом и мятой, за спиной шелестит листва на большой ирге. Здесь дереву просторно, ничто не мешает, и оно вымахало до впечатляющей высоты. Ягоды пока не созрели, слишком рано. Стайка мелких пташек, налетевшая было на иргу, разочарованно улетает.
– В следующий выходной отвезу тебя на Чатыр-Тау[15], – обещает Ильшат абый. – Это же недалеко совсем. Просто грех побывать в наших краях и не забраться на вершину. Ты ведь не был там никогда?
– Нет.
– Привольное место. Дышится легко, как в раю. А если на вершине загадать заветное желание, оно сбудется обязательно. Так многие считают. Сурков там пропасть, людей совсем не боятся. Потешные зверушки. Наверху железный шатер стоит, вид отличный на всю округу. Если повезет, можно на этих, как их… парапланеристов посмотреть. У них вроде бы клуб свой есть.
Вот это реально интересно, Тимур сразу загорается.
– Правда? А полетать тоже можно?
– Ну, не знаю. Наверное, заранее надо созваниваться и договариваться. Посмотрим, еще целая неделя впереди. – Ильшат абый спохватывается. – Что же я тут рассиживаюсь? Эни ведь сказала, курицу надо зарезать.
Встает и отправляется в сарай, где ждут своей участи несчастные обреченные куры. Конечно, не подозревая о том, что им предстоит совсем скоро расстаться даже с этим неприглядным и унылым приютом. Вот уж кому не повезло. Одну из них Ильшат абый вытаскивает на свет, курица вяло хлопает крыльями. На спине у нее отчетливо видна пара темно-красных штрихов.
Куры – птицы бестолковые, но при этом крайне шустрые и любопытные. Просочиться могут в такую щель, в которую, кажется, и цыпленок не пролезет. И все ради того, чтобы отправиться в путешествие по деревне. Такие уж они неугомонные. Поэтому их и помечают краской, чтобы случайно не перепутались с соседскими. У соседей куры тоже помечены, только другими цветами.
Ильшат абый подходит к чисто выскобленной колоде. В одной руке курица, в другой топор.
Тимур вспоминает сцену из детства. Дэу эни тогда попросила соседа зарубить курицу на суп. Сам Тимур как раз оказался поблизости, его никто не заметил. А сосед то ли отвлекся в самый неподходящий момент, то ли просто руки у него были не тем концом вставлены. Курица с наполовину отрубленной головой вырвалась и металась среди грядок, прежде чем упала на бок и затихла.
Тимура начинает мутить, он отворачивается.
– Эх, городские, – усмехается Ильшат абый, – не хотите знать, что ваша еда тоже когда-то радовалась жизни, так же как и вы.
Если бы Тимур оглянулся, он бы увидел, что Ильшат абый справляется с привычным делом умело и быстро. Курица, придавленная сильной смуглой рукой, даже не бьется, голова отлетает невысоко, мягко падает на землю. Никаких неприятных и шокирующих сцен. Ильшат абый философски замечает:
– А жизнь, она в один узелок со смертью завязана. Одна без другой не может. Вот так-то…
На улице сегодня так чудесно, что Зубаржат решает накрыть стол в саду, где в окружении яблонь и вишен стоит старый деревянный стол. Теперь на нем постелена новенькая пестрая клеенка. Ильшат абый, погружая ложку в куриный суп с тонко нарезанной лапшой, предлагает Тимуру, который сидит напротив:
– Я тут подумал… Давай, не загадывая, прямо завтра махнем на Чатыр-Тау. А то неизвестно, какая в следующие выходные погода будет. Мало ли что… Зачем откладывать?
Тимур отрывается от удивительно вкусного супа с ароматной зеленью, золотистыми кружочками жира, которые плавают на поверхности, нежным разварившимся мясом (несчастная судьба курицы уже забыта) и кивает.
Зубаржат тоже не против.
– Обязательно поезжайте. Тимурчик ведь ни разу там не бывал еще. Говорят, если хорошенько попросить хозяина горы, он может исполнить заветное желание.
Она добродушно улыбается, возле уголков губ обозначаются новые морщинки. Не совсем понятно, шутит Зубаржат или говорит совершенно серьезно и сама верит сказанному.
