Призрак знал. Чуял. А он, Вепрь, плюнул на чуйку и сунул голову в песок, как та диковинная птица, что обитает в зверинце Сиятельной каганэ.
Ладно, к чёрту всё. Ни к чему вертеть так и эдак: что сделано, то сделано — молоко обратно в вымя не запихнёшь. Так что…
Спать. Пора отправляться спать. Голова тяжёлая, как чугунный жбан. Веки точно свинцом налились. Вепрь зевнул. Поднялся и неровной походкой добрался до нужного шатра. А добравшись, повалился на лежак без задних ног и мгновенно захрапел.
Удар, удар, удар…
Снилась ли битва? Шла ли взаправду? Он не знал. Лязг стали в ночи́доносился словно через вату. Крики становились то тише, то громче. Глаза не хотели открываться категорически. Руки не слушались.
Это сон. Просто сон. Один из сотен таких же. Мало, что ль, снилось сражений? Да, почитай, каждую ночь! То песеголовцы нападают, то некры обороняются, то неведомое чудовище женским голосом хохочет. Сейчас он проснётся, и всё пройдёт…
Так. Его что, схватили? Схватили и потащили? Серьёзно?
Вепрь силился высвободиться из объятий сна, но они оказались крепкими, как чугунные кандалы. Странно это. Сквозь мутную пелену забытья он видел лица, скрытые шемагами. Чувствовал, что его куда-то волокут. Но вырваться не мог. Не мог даже пальцем шевельнуть.
«Вода… — запоздало сообразил он. — Горькая вода…»
— Похоже, тебя опоили, мелкий, — шепнул Призрак. Вепрь не видел его, но отчётливо слышал: голос звучал прямо в голове.
— Не смей отключаться! — велел Призрак громким шёпотом.
Легко ему говорить!
Вокруг царила темнота, суета, какая-то непонятная возня. Кто-то ругался. Кто-то кричал. Кто-то мычал. Звал на помощь. Лошади ржали. Гончие лаяли. Воняло гарью, кровью и паникой.
— Тяжёлый! — посетовал один из тех, кто его, Вепря, волок.
— Давай его сюда, — отозвалась долговязая тень, и голос показался смутно знакомым. — Вложи ему в руку ятаган. Да не этот! Окровавленный. Вот. В самый раз.
— Неужто ку́пятся?
— Ещё как, — заверил долговязый. — Парень не в ладах с головой. Это легко проверить. До того, как попасть на лерийское судно, он вырезал в Гиблостепях кучу народа. Его даже прозвали Чёрным Жнецом.
— Звучит дельно, — отозвался пустынник. — Главное, чтобы не кинулся следом.
— Не кинется, — отмахнулся долговязый. — Сутки на́ноги не встанет: средство добротное, проверенное. Наш след успеет простыть.
Пустынник кивнул.
— Вижу, ты всё продумал.
Долговязый хмыкнул.
— Ещё бы. Ставки слишком высоки.
— А ежели сболтнёт лишнего? — пустынник легонько пнул Вепря носком сапога.
— Не сболтнёт, — с завидной уверенностью заявил долговязый. — Он нем, как рыба. Да и кто станет слушать раба?
1. Шемаг — арафатка. Мужской головной платок.
2. Сардоба — гидротехническое сооружение для сбора и сохранения пресной воды в засушливых районах (пустынях и полупустынях). Представляет собой каменный купол над широким колодцем.
3. Мятлик — травка такая.
