— Небось, Тикао? У этого лиса лучше ничего не брать, знаешь же. В долгах увязнешь пуще прежнего.
— Отвали, — почти зарычал Ютака. — Дел по горло, не до тебя.
Кайто пожал плечами и отошёл. Плевать, пусть глупый однохвостый тонет в своих бедах. Он понимал, что сейчас, с этой странной погодой и задержкой времени роста, каждый хочет урвать свою выгоду. За полгода припасы в Шику закончатся, и, если снега в скором времени не сойдут, кто знает, насколько позже начнётся сев. Кицунэ будут вынуждены покупать еду у Шинджу, цены вырастут вдвое-втрое, а может, и того больше. Многие из них уже не ходят сами ловить лосося в разрешённое время — слишком нежные для убийства даже обречённых. А потому живут, питаясь тем, что привозят и добывают ногицунэ.
Кайто понимал, что это отличное время для всех, кто хотел подзаработать. Несколько недель в море туда, несколько обратно, и полный трюм самого востребованного в Шику товара: еды. Только откуда у Ютаки деньги на ооми и закупки? Тикао мог бы выделить ему корабль только за очень большую сумму, а этот мелкий и так вечно в долгах. Он просился к Кайто на борт, но у того достаточно своих ребят, которым тоже нужно кормить и себя, и семьи.
Не нравилось Кайто, куда этот однохвостый себя загонял, но дело его. Если связался с Тикао и взял у того в долг, не один век будет расхлёбывать. Но, может, это его чему-то научит.
— Кайто, дружочек, — голос звучал за добрых три десятка шагов от него, а всё же он услышал.
— Норико. — Когда Кайто обернулся, она уже подошла почти вплотную. — Долго же вы гостили у кицунэ. Как успехи?
— Не так хорошо, как хотелось бы, — призналась она, чуть поморщившись. — Но нам пора домой. Ёкаи не ждут, сам понимаешь. Когда намереваешься снова посетить великолепный остров?
— Вообще-то, мы в Новом месяце, как правило, никуда не плаваем.
— Как правило?
— В этот раз тебе повезло.
— Ну и славно. Когда отчаливаем?
— И ты снова идеально выбрала время, потому что завтра на рассвете.
— Ты шутишь?
— Никаких шуток. Появилась бы завтра — и пришлось бы договариваться с другим ногицунэ.
Её передёрнуло. Да уж, Норико и умение заводить знакомства явно не ходят рядом.
— Нас будет…
— Пятеро?
— Вообще-то, уже шестеро.
— Кому-то надоел этот лес? — Быть не может. Ни один кицунэ в здравом уме не отправится в Шинджу.
— Ёширо будет с нами.
— Ёширо, который мой брат?
— Других я не знаю.
— Ты шутишь?
— Никаких шуток, — прищурилась она.
— Вы его связали и насильно за собой тащите? Он же в монастыре живёт.
— Жил.
— Что вы с ним сделали?
— Мы — ничего.
Если бы он не знал Норико, он бы ничего не заподозрил. Но он её знал. В общей сложности совсем недолго, но достаточно, чтобы понять, что она немного нервничает. И точно что-то скрывает.
— Чего ты недоговариваешь, бакэнэко? — прямо спросил он.
— Лучше ты сам всё увидишь, — уклончиво ответила она.
— Мне это не нравится.
— Поверь, это никому не нравится…
— С вас дюжина монет.
— Сколько? — вскрикнула она, и её глаза округлились так, что Кайто всерьёз забеспокоился, не расцарапает ли она ему лицо прямо здесь.
На всякий случай он сделал шаг назад и поднял руки.
— Таковы мои условия.
— Это вдвое больше за каждого, чем ты требовал в прошлый раз!
— Так и ситуация непростая.
— И что это значит?
— В этот раз мы не единственные, кто будет пересекать море ради того, чтобы набить трюм рыбой. И нам нужно успеть раньше остальных, поэтому я буду брать ооми поменьше.
— Мы не настолько крупные, чтобы замедлить твой корабль, — возразила Норико.
— Но достаточно, чтобы мешаться под ногами на небольшой площади.
— Я не знаю, есть ли у нас столько денег, — призналась она.
— У тебя есть время узнать — и достать их, если нет.
— Ничего другого от тебя и не ожидала, — фыркнула она.
Кайто улыбнулся:
— И не должна была.
Они явились к ооми, который Кайто указал Норико, за коку до рассвета. Только вот не совсем в том составе, который Кайто ожидал увидеть.
— Ёширо?
Лис фыркнул, ткнувшись носом ему в ладонь.
— Ты с каких пор предпочитаешь эту ки второй?
— С тех пор как вторую у него отобрали, — отозвалась Киоко-хэика.
— Что? — Кайто посмотрел на неё, пытаясь понять, насмешка это или нет. Нет, не насмешка. — Кто отобрал?
— Инари, — ответила Норико.
— Дюжина монет, — Хотэку протянул связку, и Кайто спрятал её в рукав, даже не пересчитав. Он всё смотрел на Ёширо и не понимал, кого винить в случившемся с ним.
— Ты что, даже не говоришь?
— Но он остался разумен, — заверила Норико. — Всё понимает, просто б
— Какой прошлой? Это… Что это за чушь? Что вообще происходит?! Кто из вас это сделал? Что вообще произошло?
— Инари потребовала…
— Киоко, — перебила её Норико. — Ты не обязана объяснять.
— Нет, обязана, — возразила она и посмотрела на Кайто, встретив его взгляд твёрдо и прямо. — Инари потребовала от меня смерти ногицунэ. Ёширо вступился за того, кого я едва не убила, и за это богиня лишила его второй ки, сказав, что вернёт, когда я сделаю что должна.
