— Боюсь, нам сейчас не до рынков и мяты, — усмехнулась Киоко и осторожно сделала глоток. Напиток был уже не горячим. Сладковатый, он теплом разлился внутри, и живот заурчал сильнее.
— Чо-сан готовит для всех. — Иоши сел на край постели. — Говорит, полкоку — и будет готово.
— Поверить не могу, что женщина, пытавшаяся продать нас, готовит нам всем завтрак.
— Ужин, — поправил он. — Но да, удивительный мир, и удивляет всё больше.
— И что, даже не отравит?
— Не думаю, что у Ёширо-сана где-то здесь завалялся яд.
— Мы в лесу, мало ли что здесь растёт…
— Если отравит — нам не придётся решать проблемы.
— Какое это было бы милосердие с её стороны!
— А потому надеяться не стоит.
— Не стоит, — грустно согласилась Киоко.
Он придвинулся ближе и обнял её за плечи.
— Норико рассказала мне, что произошло.
— И перед тобой меня отчитала?
— Немного.
Киоко застонала и, отставив пиалу на пол, откинулась на подушки, утягивая за собой Иоши.
— И зачем я проснулась? — Она уткнулась ему в плечо и прикрыла глаза. — Может, останемся здесь? Пусть сами разбираются с островом. Здесь безопасно, спокойно и хорошо. Почему мы должны возвращаться и что-то придумывать?
— Потому что ты Миямото Киоко.
— А могла бы быть Сато.
— Глупости, не могла.
— Если бы всё было, как изначально должно быть…
— Мэзэхиро давно замышлял то, что сделал. Так что, боюсь, выбора у нас с тобой на самом деле не было. Ничто не могло быть иначе. Хотя, быть может, если бы я догадался…
— Нет уж! Никто не подумает на своего отца, что тот собирается убить императора.
Он чмокнул её в темечко.
— Видишь, ты сама понимаешь, что выбора у нас нет. Как там было в тех танка от посланников?
— Ты про «решённый итог»?
— Да. Хотэку сказал: наши судьбы уже написаны.
Почему именно она? Почему все другие: и люди, и ёкаи — не стремились спасать страну, избавляться от сёгуна?.. Почему никто из смещённых даймё не восстал против него? Да, у них не такие большие армии, как у Мэзэхиро, да, формально их самураи тоже под командованием сёгуна, но они ведь верны даймё. Должны быть верны… Неужели ни у кого не хватило отваги и здравого смысла?
— Это несправедливо, — снова простонала Киоко. — Боги меня ненавидят.
— Думаю, богам всё равно, — не согласился Иоши и погладил её по волосам. — Большинству из них. И всё, что происходит, — не чьи-то козни, просто так сложилось… И нам нужно это принять.
Киоко нашла в себе силы оторваться от его плеча и разлепить веки, чтобы поймать взгляд Иоши.
— Думаешь? Ты это говоришь той, которая только что виделась с богиней, и эта встреча закончилась провалом. Мы убили Ёширо. Я убила.
— Он жив.
— Без человеческой ки, считай, мёртв.
— Он так не думает.
— Откуда тебе знать? Он больше века служил ей, а она забрала его тело, будто вся судьба кицунэ — разменная монета. Она ведь сделала это, чтобы вынудить меня на убийство. Жизнь одного за жизнь другого. Всё ещё думаешь, что богам всё равно?
— Думаю, мы чего-то не знаем, — спокойно сказал Иоши.
— Похоже, месяц в монастыре сильно на тебя повлиял.
— Думаешь? — он приподнялся на локте и теперь смотрел внимательно, изучая каждый рин[14] на лице Киоко. — Ты это просто так сказала или действительно так считаешь?
— Я бы не стала тебе врать. Ты спокойнее. По-настоящему спокойнее.
— Это ведь хорошо?
— Наверное.
— Ужин готов! — раздался с кухни голос Чо-сан, и Киоко тут же встрепенулась.
— Одежда, Киоко, — засмеялся Иоши.
Боги, и она лежала с ним в таком виде! Киоко тут же бросилась к лежащей в стороне юкате.
— Всё хорошо, не торопись, тебя дождутся, — он абсолютно неверно истолковал её торопливость. — Я тоже подожду там, дам тебе время, — Иоши улыбнулся напоследок и вышел. А может, как раз верно истолковал…
Киоко быстро оделась, повязала пояс — за долгое время странствий она научилась так ловко одеваться, что Кая очень удивится!
Кая. Интересно, как она там? Да и остальные её служанки… Чем теперь заняты? Прислуживают ли Цукико-сан? Нет, это маловероятно. Киоко лишь надеялась, что им нашли какую-то работу при дворе. Меньше всего она хотела, чтобы из-за неё пострадали невинные служанки. Если их выгнали прочь — было ли им куда идти?
Она вышла и принюхалась: пахло изумительно, но незнакомо, в носу щекотало. Киоко чихнула.
— Специи, — тут же пояснила Чо-сан. — Возможно, я немного увлеклась, но вроде бы получилось неплохо.
На столе уже стояли пиалы с разнообразными кушаньями: что-то горячее, которое и пахло довольно сильно, рядом рис, отдельно — маринованные овощи. И какие-то грибы. На вид древесные и тоже маринованные.
Киоко села около Иоши, остальные уже были за столом. Еда оказалась не просто вкусной, а
