Холодный ветер обжигал кожу не хуже огня. Однажды, когда жил в Ши среди оками, Хотэку летал по поляне, покидать пределы которой ему в том возрасте ещё запрещалось, и, пытаясь быстро приземлиться, неудачно упал у костра: угодил бедром на горящую головешку. Хока тогда позаботилась о том, чтобы шрама не осталось, но сейчас, когда колючий ветер кусал его за плечи, грудь и спину, он ярко вспомнил это кусающее пламя. Удивительно, что воздух и без огня так умеет.
Оставаться наверху становилось всё тяжелее, и Хотэку летал всё реже и реже — гораздо реже, чем ему хотелось бы. Земли при этом, как бы высоко он ни поднимался, всё ещё не было видно. И всё же было в такой погоде кое-что хорошее: дышать здесь гораздо легче, чем в душных городах Шинджу. Во всяком случае в тех, что он бывал. Быть может, в Северной или Островной области воздух тоже чище и свежее. Быть может, когда они вернутся и всё будет кончено, Хотэку сумеет это проверить.
Он опустился на палубу к своей одежде, быстро завязал кимоно и набросил плащ. Тепло приятной волной прокатилось по телу. Похоже, теперь не только императрица будет летать полностью одетой. Интересно, есть ли в Шику портные и смогут ли они сделать им что-то из тёплой одежды, что позволит оставить крылья снаружи?
— Кайто-сан! — обратился Хотэку к ногицунэ, который сосредоточенно обходил мачты и дёргал снасти, по всей видимости, проверяя, надёжно ли всё закреплено. — Я прошу прощения…
— Да ерунда. — Тот отвлёкся от своего занятия и широко улыбнулся Хотэку: — Спрашивайте.
— Почему вы решили, что я обратился именно с вопросом?
— То есть всё время с тех пор, как мы вышли в море, вы со мной почти не говорили, а тут вдруг решили поболтать? Сомневаюсь, — он усмехнулся, дёрнул ещё одну верёвку и, удовлетворённо кивнув, прошёл к корме. Хотэку последовал за ним, но благоразумно не стал подходить слишком близко к фальшборту, чтобы, увидев волны, не вспомнить, как плохо ему может быть на корабле.
— Как живут в Шику? — спросил он.
— Да как везде, — пожал плечами Кайто-сан, глядя на море. — Хотя по первости мне казалось, что Шинджу и Шику — разные миры. Но чем больше я бывал в Шинджу, тем сильнее стиралась эта грань. Люди стали неотличимы от ёкаев, города — друг от друга. Простые работяги — они всюду простые работяги. Хотя, конечно, если смотреть на страны шире, то различий немало… А вы чего спрашиваете? — Он обернулся и вперил взгляд в Хотэку, будто пытаясь найти подвох.
— Подумал, будут ли там портные, которые смогут сделать нам с императрицей тёплую одежду так, чтобы мы могли летать без риска замёрзнуть насмерть.
Он засмеялся и кивнул:
— Конечно. Это же не дремучий лес. Хотя мы любим деревья, которых в Шинджу несправедливо мало…
— Это только на западе. — Хотэку вдруг стало обидно за свой остров. Как это мало? Побывал бы он в Ши! — Эти земли выжжены войной, вы разве не знаете?
— Точно, слышал, — ответил тот, но как-то равнодушно.
— Вообще-то, я тоже из леса, — зачем-то сказал Хотэку. — Очень густого, в который почти не заходят люди. По большей части его населяют только ёкаи и животные…
— Вот как, — улыбнулся Кайто-сан. — Звучит славно, такую Шинджу я бы, наверное, хотел повидать. И что, там есть свой город?
Хотэку замялся:
— Вообще-то, нет… Мы… То есть они там все живут сообща, вместе. Можно сказать, что весь лес — это своего рода город.
— И он подчиняется столице?
— Не совсем. Вообще-то, люди побаиваются Ши. Это скорее укрытие для всех.
— И что, никакой власти?
— Формально да. Хотя негласно там все подчиняются оками.
— Оками! Настоящие? — Кайто-сан аж подался вперёд, и глаза его расширились. Это немного обескуражило, но вызвало улыбку. Надо же, слышал о них.
— Мои первые родители, — смущённо признался Хотэку. — Да, знаю, непохоже, — тут же добавил он, видя, как вытянулось лицо собеседника, — но меня бросили в лесу в четыре года, и Акито с Хокой приютили.
Теперь на лице ногицунэ отразилось понимание.
— Вот как. А я всё думаю, откуда крылатый на острове? Ваши-то все в горах сидят, хотя ты и не похож на них — а всё равно летаешь. Никак не вязалось…
— Наши? — не понял Хотэку. Сам он никогда не видел ёкаев, подобных себе. Он ведь даже не обращался, как прочие.
— Ваши тоже с крыльями. Но они со своих гор редко спускаются. Ты у Норико спроси, она наверняка о тэнгу больше знает, я как-то не интересовался особенно.
Тэнгу…
Неужели там, куда они плывут, у него есть шанс найти таких же, как он? Шанс, о котором он даже не думал, на который никогда не надеялся. Там ли свобода, которую он так долго искал?
Хотэку всегда бежал, но сам не знал куда. Всегда хотел быть частью жизни тех, кто хоть отчасти походил на него. И ни разу ещё это не удалось. При всей заботе оками и принятии семьи Фукуи он оставался чужаком в каждом новом доме. Неужели всё-таки есть в этом мире место, где он будет своим, где он будет таким же, как все?
