Очевидное достоинство таких методов – в их доступности и способности приносить отличные результаты (в предельных случаях они сводятся к маневренной войне в противовес войне на истощение). Кроме того, они суть выражение асимметричного способа ведения войны (с использованием маневров), самым крайним примером которого является «обезглавливание системы командования и управления» вражеского государства, то есть убийство его правителя. В 222 году до н. э. царство Цинь завоевало Чжао и угрожало царству Янь, которое вместо войска выставило против врага известного ученого и террориста Цзина Кэ; тому поручили убить правителя Цинь с помощью отравленного кинжала, спрятанного в свитке (Цзин Кэ впоследствии стал в Китае киногероем, причем бездарный фильм снимался при финансовой поддержке государства и в западном прокате назывался «Герой»[69]). Он, быть может, и добился бы успеха, но ему помешал придворный врач, располагавший нужным противоядием; возмущенный же правитель Цинь двинул войско, завоевавшее царство Янь.
Этот пример показывает неоспоримый недостаток подобных методов: все формы маневренной войны, асимметричные или нет, не только сулят большую прибыль, но и сопряжены с большим риском, причем эти факторы пропорциональны друг другу. Чем меньше затрачивается ресурсов, чем меньше привлекается избыточных сил и чем меньше элемент грубой силы, тем выше эффективность действия, но приходится полагаться на благоприятные условия и четкое исполнение задуманного. Лишь тогда стилет или отравленный кинжал может выполнить работу многих мечей, если все пойдет точно по плану.
Так как крайне благоприятные условия по определению встречаются довольно редко, а точное исполнение замысла почти всегда опровергается практикой, то покушения, наряду с прочими формами подрывных действий, никогда не занимали значимого места ни в западной стратегической мысли, ни в реальности. Но в китайской стратегической литературе все было иначе: многие рецепты «Искусства войны» предполагают хитрость, даже само понятие пути (Дао) ведения войны сопоставляется с обманом[70]. Покушениям уделено довольно много места: в первом китайском систематизированном историографическом труде – монументальном «Ши цзи», или «Исторических записках», великого историографа Сыма Цяня – отдельный том (восемьдесят шестой[71]) посвящен биографиям террористов, включая и Цзина Кэ[72].
Наиболее опасным последствием неправильного применения какой-либо культурой собственных норм поведения по отношению к другой, а также результатом ошибочной веры в методы «Искусства войны» будет попытка Китая заставить Соединенные Штаты Америки сесть за стол переговоров посредством какой-нибудь внезапной наступательной акции. Остается лишь надеяться, что обсуждаемые в интернете предположения, будто нападения на американский военный корабль, даже на авианосец, могут привести к укреплению позиции Китая по поводу западной части Тихого океана, лишь досужие домыслы. Однако тот факт, что некоторым таким фантазиям подвержены действующие офицеры ВМС КНР (старшего ранга), внушает опасения. Не вселяет уверенности в будущем и то обстоятельство, что вплоть до последнего времени китайские военные корабли в открытом океане не отвечали на приветствие американских, зато включали свои радары распознавания вражеского огня. Недавно зазвучали полуофициальные призывы применить силу для поддержания притязаний Китая на море – не напрямую против США, но против Филиппин, союзника США по договору, равно как и против Вьетнама, нового неформального союзника США[73].
Сейчас, когда Соединенные Штаты Америки очутились в эпицентре серьезного экономического кризиса, который наверняка приведет к сокращению внушительных военных расходов, можно проглядеть присущую американцам воинственность. Подобно британцам, американцы прагматичны и до неприличия привержены коммерции, но, если на них нападут, они ведут себя отнюдь не как прагматики или бизнесмены, предпочитают применять максимум сил, даже при наличии более сдержанных и дешевых вариантов ответа. Так что вера Китая в хитроумное искусство государственного управления эпохи Воюющих царств, якобы способное принести немалую пользу при малых (почти символических) издержках, может обернуться катастрофой в виде гораздо более мощного силового ответа Америки. Пример Перл-Харбора должен служить предупреждением о такой опасности; впрочем, умей люди и вправду извлекать уроки из своей истории, та не выглядела бы бесконечной чередой глупостей и войн.
Когда речь заходит о стратегической хитрости, в особенности направленной против американцев и Соединенных Штатов Америки, вера китайских правителей в полезность и осуществимость этого действия сильно подпитывается контрастом между их собственным имиджем и представлениями об американцах и США как государстве.
